Одиссея Грина: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сямисен — Сэма сын? Что естественно ведет к Самсону, обрушившему храм на филистимлян и на себя самого. Эти ребята поговаривают о подобных же вещах. Кха-кха! Вспомни о себе, когда ты был в их возрасте, еще до зрелости. Сотри последнее замечание, Тупи.

Самовар. Русское слово, буквально означающее «подогревающий себя». Никаких сомнений, что Редисы кипят, что они полны революционного пыла. Хотя в глубине своей истерзанной души они понимают, что Дядюшка Сэм — это до сих пор любимый ими Отец-Мать, что его сердце полно заботой о них. Но они принуждают себя ненавидеть его, то есть подогревают себя.

SAMLET — молодая семга. Отварная семга имеет желтовато-розовую или бледно-красную окраску, близкую к цвету редиса (в их подсознании, во всяком случае). Сэмлет эквивалентен Молодому Редису; они чувствуют, что варятся в кастрюле-скороварке современного общества.

Годится ли это для завершающей фразы, Тупи? Перепиши это, отредактируй, где указано, пригладь, сам знаешь как, и пошли боссу. Мне пора идти. Я опаздываю на ленч, и Мама будет очень расстроена, если меня не будет вовремя.

Ах, да, постскриптум! Я бы порекомендовал агентам более тщательно наблюдать за Виннеганом. Его друзья тратят душевные силы на болтовню и на выпивку, а у него редко меняется настроение. У него бывают довольно долгие периоды молчания, когда он отвергает вино, табак и женщин.

Доход приносит уважение

даже в наши дни. Правительство не смогло воспрепятствовать возникновению частных таверн, владельцы которых уплатили все лицензионные сборы, сдали все экзамены, заключили все договоры и подкупили местных политиков и полицейское начальство. С тех пор, как для них перестали поставлять еду и сдавать им в аренду достаточно большие дома, таверны стали размещаться в домах их владельцев.

«Тайная Вселенная» — любимая таверна Чиба. Отчасти, из-за того, что владелец открыл ее нелегально. Дионис Гобринус, оказавшись не в силах преодолеть завалы, рогатки, колючую проволоку и мины-ловушки официальной процедуры, махнул рукой на попытки получить лицензию.

Он открыто написал название своего заведения поверх математических уравнений, которые отличали его дом от соседних. (Профессор математики, Беверли-хиллз, 14 уровень, именуемый Аль-Хорезми Декарт Лобачевский, он еще раз сменил свое имя.) Гостиная и несколько спален приспособлены для попоек и пирушек. Посетителей-египтян здесь не бывает, возможно, из-за чрезмерной чувствительности к фразам, написанным завсегдатаями на стенах комнат:

АТУ АБУ!

МАГОМЕТ БЫЛ СЫНОМ НЕПОРОЧНОЙ СУЧКИ.

СФИНКС-ВОНЮЧКА.

ПОМНИ О КРАСНОМ МОРЕ!

КУМИР ПРОРОКА — ВЕРБЛЮД.

У некоторых из тех, кто это писал, отцы, деды или прадеды сами были мишенями таких вот острот. Но их потомки полностью ассимилировались, они были истинными жителями Беверли-хиллз. Таковы все люди.

Гобринус, приземистый человек с квадратным торсом, стоит позади стойки — плоской в знак протеста против яйцеобразных форм. Над ним большая вывеска:

ЧТО ОДНОМУ — МЕД, ТО ДРУГОМУ — ОТРАВА.

Гобринус объясняет этот каламбур много раз и для удовольствия не только своего собеседника. Дело в том, что был такой математик — Пойсон[14] и пойсоновское частное разложение — достаточно точное приближение биноминального разложения, если число случаев растет, а ожидаемая вероятность в каждом случае мала.

Когда посетитель напивается до такой степени, что больше пить не в состоянии, его со свистом вышибают из таверны, а Гобринус смотрит ему вслед и кричит:

— Пойсон! Пойсон!

Друзья Чиба, Молодой Редис, приветствуют его, сидя за шестиугольным столиком, и их слова совершенно случайно повторяют оценку его настроения федеральным психологом:

— Чиб, обезьяна! Чиб собственной персоной! Смотрите-ка, Чибби заявился! Выше голову!

С ним здоровается мадам Трисмегиста, сидящая за столом в форме кольца царя Соломона. Она вот уже два года жена Гобринуса — рекорд, достигнутый угрозой, что она зарежет его, если только он оставит ее. Кроме того, он верит, что ее карты могут как-то влиять на его судьбу. В этом просвещенном веке процветают предсказатели и астрологи.

В то время как наука скачет вперед, невежество и суеверия галопируют по бокам и кусают ее сзади крупными гнилыми зубами.

Сам Гобринус, доктор философии, носитель светоча знаний — пока, во всяком случае, — в бога не верит. Но он уверен, что звезды неким роковым образом связаны с его судьбой. По какой-то странной логике он думает, что карты его жены управляют звездами; он даже не знает, что гадание по картам и астрология — абсолютно разные вещи.

Да и что можно ожидать от человека, который провозглашает, что вселенная несимметрична?

Чиб машет рукой мадам Трисмегисте и направляется к соседнему столику. За ним сидит

Типичная женщина в собственном соку

Бенедиктина. Канарейка, Мельба. Она высокая и тонкая, у нее узкие, словно у лемура, бедра и тонкие ноги, но большая грудь. Ее волосы, черные, как и ее зрачки, разделены посредине и прижаты к голове с помощью лака, а дальше заплетены в две длинные косы. Они спускаются ей на голые плечи и схвачены под горлом золотистой брошью. Ниже броши, сделанной в виде ноты, волосы снова разделяются и петлями охватывают груди. Дальше их соединяет другая брошь, потом они расходятся и огибают ее спину, снова скалываются брошью и появляются уже на животе. Там их охватывает еще одна брошь и дальше, на юбку-колокол, падают два черных водопада.

Лицо ее разрисовано зелеными, аквамариновыми и топазовыми трилистниками. На ней желтый лиф с искусственными розовыми сосками, с лифа свисают гофрированные кружевные ленты. Ярко-зеленый полукорсет с черными розетками стягивает ее талию. Поверх корсета, полускрывая его, находится проволочная конструкция, покрытая мерцающим розовым пластиком. За спиной эта конструкция вытягивается, образуя длинный птичий хвост, покрытый искусственными желтыми и малиновыми перьями.

[14] Пойсон — по английски «отрава».