Впечатления: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Аня принесла ведро с цыплятами в «холл». Оттуда доносились истошные крики.

— Давай, отделим и оставим в птичнике живых, — предложила я.

Аня, поняла, что птичьи крики не дадут спать, со словами «так они быстрее околеют и не будут долго мучатся» вынесла ведро в коридорчик, где была минусовая температура. Цыплята так кричали от боли и холода, что было слышно через металлическую дверь.

В журнале, в графе «падёж» Аня записала цифру сто двадцать.

Я там всего лишь стажёр и не могла сделать по-своему. Даже если бы я ведро принесла обратно в птичник, то Аня его бы снова вынесла в коридор.

Эта смена стала для меня последней. Когда через двое суток я пришла на работу, то в первую очередь написала заявление об уходе и отдала спецодежду, которую мне выдали.

Заплатили намного меньше, чем постоянным птицеводам за те же смены, и по сути окупила лишь затраты за платную медицинскую комиссию при поступлении на птицефабрику, которую обязали пройти и уверяли, что всё оплатят. Но оказалось, что оплачивают только по истечении проработанных трёх месяцев и то на пятьдесят процентов.

В продовольственных магазинах часто попадаются упаковки вышеописанной птицефабрики с мясом индейки, но я не покупаю.

Февраля 2017 г.

Пофигизм или …

Зимняя красота уже в прошлом, хотя ещё конец января, но резкая оттепель серая и сырая погрузила округу, будто под свинцово-пепельный мглистый колпак и для солнечных лучей непроницаемый. Блистательные на морозе снежные сугробы заплакали. Их слёзы на ещё холодной земле покрывались коркой льда. Но талая вода прибывала, скапливаясь в низинках огромными лужами.

По улицам шли угрюмые люди, шлёпая по беловато-сероватой водянисто-снежной кашице, тёмной воде, скользя с унылыми лицами по бугристому льду. Ненастная погода не способствовала улучшению настроения, напротив.

То ли из-за погоды, то ли из-за самочувствия Елизавета Петровна ощутила нелады со зрением. Вроде бы всё видит в очках и в то же время что-то не то и не так. Словно что-то мешает, но что и где не поймёт. И как-то резко случилось, второй день такие ощущения. Нерадостно подумала, что надо идти опять заказывать очки. И сетовать бесполезно, окулист скажет, что это возрастное. Хотя ведь не семьдесят же лет, всего-то пятьдесят восьмой. «Конечно, — в который раз говорила себе Елизавета Петровна, — это всё от компьютера, вернее от экрана монитора. Как стала работать с компьютером так пошло ухудшаться». А ведь в молодости знакомые даже удивлялись, как она хорошо видит дальше других и вблизи самый мелкий текст. И всё ушло, причём стремительно. Практически каждый год приходиться заказывать новые очки, вот и прошлым летом, всего полгода назад также проверяла зрение и приобрела опять очки. И снова придётся обращаться.

Вероника Семёновна, ухоженная дама средних лет в белом халате с недовольной миной пролистывала глянцевый журнал в маленьком кабинетике одной из городских «оптик». Пациентов, то бишь, клиентов маловато, следовательно, владелец «Оптики» может её ставку сократить, мол, из-за неоправданных затрат. Вероника Семёновна насторожилась, прислушалась, кажется и она понадобилась.

В кабинет прошла Елизавета Петровна, чтобы проверить зрение и заказать очередные очки. Вероника Семёновна включила проектор, на стене появились буквы, выстроенные в строчки, на самой нижней маленькие, чем выше, тем крупнее. Врач выслушала клиентку, её жалобы совпадали с некоторыми симптомами. Для верности осмотрела глаза с помощью щелевой лампы. «Так и есть, быстро прогрессирующая катаракта, субкапсулярная на правом и ядерная на левом глазе», — подумала она, но об этом не сказала. Спросила:

— У вас сахарный диабет?

— Нет, — ответила недоумевающая Елизавета Петровна.

— Вы курите?

— Нет.

— Работаете с компьютером?

— Да.

— Рекомендую обратиться в медицинский центр к офтальмологу.

— Обязательно?

— Желательно.

Вероника Семёновна работала на полную ставку в Медицинском центре офтальмологом, и что касается лечения пациентов, консультировала только там. Здесь же, в «Оптике» несколько часов в неделю она не считала нужным выходить за рамки своих обязанностей, то есть определяла степень зрения для того, чтобы только выписать рецепт на заказ определённых стёкол для очков и тем самым проинформировать клиента.

— Но там, говорят очень дорого, а у меня сейчас не совсем густо с деньгами, впрочем, так частенько.

— Решайте сами, — Вероника Семёновна заполнила бланк рецепта и подала клиентке, при этом подумала: «От этих очков будет проку мало, зато ещё один заказ…»

Прошло несколько недель, снова морозная погода сменилась оттепелью, ну теперь уж сетовать не приходиться, весна на подходе. Тёплый ветер Атлантики не прогрел промёрзшую землю и опять по заледенелым тротуарам скользят настороженные прохожие.

Невидимое солнце село где-то за плотным серо-дымчатым пологом неба и, вскорости, улицы погрузились по мрак пронзённые жёлтыми кнопками-бликами фонарей и светлыми прямоугольниками витрин и окон.

Елизавета Петровна еле ступала по скользким и мокрым неровностям тротуара, а вокруг, будто на всё опустилась серовато белёсая пелена. Зрение ещё ухудшилось, и она лишь утешала себя, что скоро выяснится, что же происходит с её глазами, приближается очередь и через два дня она попадёт к окулисту в районной поликлинике.