Люк не ответил. Он боролся с резко накатившей на него слабостью. Дизморт оказался слишком требователен в плане ментальной энергии. Эспер был уверен: еще пара знаков, и ближайшие пару недель он может о них полностью забыть. Даже один, учитывая, что без разгона ему бою с Би Ченцзы делать нечего. И этот единственный знак тоже без сомнения будет Дизморт!
Сейчас, применив знак Смерти, он, к своему глубокому удивлению, не почувствовал убывания жизненной силы или долголетия. Не было и ставшего уже привычным прилива энергии после смерти противника. И Люк вполне логично предположил, что в этот раз Дизморт использовал в качестве платы… эту самую энергию! Это открывало перед эспером поистине широкие перспективы, однако, до перспектив этих надо было еще дожить — он направил свой слегка затуманенный от чрезмерного использования знаков взгляд на Би Ченцзы.
— Черт, вот зачем ты убил Чангмина! — тем временем негодовал тот. — Кто мне теперь заплатит за твою голову? — он на несколько мгновений замолчал, а затем рассмеялся пришедшей на ум мысли: — О, отец Чангмина будет очень рад убийце его сына! И чего ты так на меня смотришь? — заметил он взгляд Люка, — думаешь применить на мне эту ужасающую способность? Вынужден тебя огорчить, у тебя ничего не выйдет. Видишь ли, перед своим появлением я некоторое время наблюдал за твоим боем с Чангмином, и сделал один очень интересный вывод: твои способности, чем бы они ни были, хорошо работают только вблизи. На расстоянии они теряют большую часть своей мощи. Думаю, этого твоего убойного умения это тоже касается. А раз так, то… Мне просто не нужно давать тебе приближаться! Ледяной Град!
В следующее мгновение к Люку устремилось множество возникших прямо из воздуха сосулек. От части он уклонился, часть отбил выхваченным из-за спины мечом, но некоторое количество ледяных снарядов успешно преодолели оборону эспера и на его теле появилось несколько новых, зараженных морозным ци, ран.
— Даже так? — рассмеялся Ченцзы, — я-то думал ты сейчас закроешься своим щитом, но, похоже, я тебя переоценил, и твои силы уже на исходе. Но не думай, что я опрометчиво буду приближаться вплотную. Ледяной Град!
Люк в бессилии смотрел на быстро приближающиеся к нему ледяные снаряды. К сожалению, его противник был совершенно прав — знаки сильно теряли в поражающей способности на расстоянии. Как обстоят дела со знаком Дизморт эспер не знал — он всегда применял его вблизи, но рисковать, когда у него есть всего одна попытка, он не собирался. Хотя, похоже, у него просто не осталось выбора.
От очередного Ледяного Града Люк, при помощи Поступи Ветра и разгона ушел почти без повреждений. Он попытался под прикрытием атаки подобраться ближе к самому Би Ченцзы, но тот легко разгадал этот маневр, и быстро удалился на безопасное расстояние, вновь и вновь посылая в эспера Ледяной Град. Он явно хотел не убить его, а всего лишь сильно изранить и полностью обессилить. И обездвижить! Люк отчетливо ощущал, как распространяется по его организму ледяной ци. Похоже, как и совсем недавно, у эспера оставался только один выход: полностью растратить весь ци и, притворившись обездвиженным, подпустить Ченцзы близко к себе. Ведь ему как-то надо будет доставить его к отцу Линь Чангмина. План рискованный, особенно учитывая наблюдательность его противника, но Люку в этой ситуации ничего другого просто не оставалось!
Не мешкая, эспер приступил к его осуществлению. Он максимально уплотнил свою защитную ци, принимая на нее все больше и больше сосулек противника, благо он был уже слишком замедлен, чтобы это выглядело подозрительно, и ци послушно истончалась. Совсем скоро ее практически не осталось. Эспер мог бы поздравить себя с успешным завершением плана, если бы не одно но… Он с ужасом обнаружил, что ледяные объятья, сковывающие его, стали невероятно цепкими. Настолько, что даже пальцем пошевелить сложно! А ведь именно пальцами эсперу и нужно было шевелить для успешного применения любого знака!
Еще немного ледяной ци, и он действительно проиграет! В этом случае ему останется только надеяться на возможность сбежать по дороге, или непосредственно в особняке отца Линь Чангмина. Но до чего же обидно он попался! «Никогда не стоит недооценивать врагов! — в который раз за день повторил он себе. — Но не стоит сдаваться, не использовав все средства для победы!»
Люк яростно сверкнул глазами, и его культивация вспыхнула, на миг освобождая от ледяного плена, — еще чуть-чуть и это стало бы просто невозможно — но, за мгновение до того, как он отправил Дизморт в безнадежной попытке достать Би Ченцзы, со стороны, в которой тот находился, донесся болезненный вскрик. И, как тут же убедился Люк, кричал именно его враг!
Не долго, кстати, кричал: ведь очень сложно кричать, находясь в мертвом состоянии. А то, что ледяной практик был мертв, было совершенно ясно — с перекушенным напополам туловищем не живут даже практики формирования даньтяня. Совсем недалеко, казалось, больше не обращая внимания на убитого ей человека, стояла и виновница происходящего: довольно крупная, около метра двадцати в холке, костяная тварь, внешне напоминающая собаку!
Глава 17
Неизвестно было ли стоящее перед Люком существо собакой при жизни, или являлось костяной химерой, заимевшей такие черты только после смерти, но встретиться с такой «собачкой» эспер не пожелал бы никому.
Тварь достигала примерно метра двадцати в холке, то есть была размером с тигра из его родного мира — Люк как-то видел их в цирке — хотя и была гораздо менее массивной — кожа да кости. Точнее — только кости! Хотя кости и не совсем обычные — помимо основного скелета, все тело существа было покрыто крайне прочными на вид костяными пластинами, прикрывающими дыры в скелете твари. У нее даже уши как у обычной собаки были! Только вот состояли они, подобно «шкуре» из тонких костяных пластинок. Издалека ее можно даже было принять за обычную собаку-переростка с необычным окрасом шкуры. Можно было бы, если бы не горящие зеленым потусторонним светом глаза, которых просто не бывает у обычных собак, огромные, выпирающие из пасти, оказавшейся с легкостью способной перекусить практика среднего этапа формирования даньтяня, клыки, и впечатляющие, подходящие больше представителям семейства кошачьих, нежели собачьих, причем самым грозным его представителям, изогнутые когти.
Определить силу существа Люк толком не мог. Его аура была иной, не свойственной живому существу. Костяная гончая, как про себя окрестил ее Люк, могла обладать культивацией соответствующей как начальному этапу закалки кости, так и позднему этапу измененной крови! Хотя первое, конечно, было невозможно — иначе она ни за что не справилась бы с Би Ченцзы, с такой легкостью!
Гончая чуть повела головой, и… взгляд ее горящих зеленым глаз встретился со взглядом эспера! И Люк был готов поклясться, что во взгляде, направленном на него, присутствовала искра разума! Вряд ли полноценного, человеческого, но стоящее перед ним существо явно руководствовалось не только примитивными, присущими подавляющему числу нежити, по крайней мере, его родного мира, инстинктами!
Гончая смотрела на Люка, Люк смотрел на нее. На самом деле это не длилось долго, но для эспера эти несколько мгновений тянулись подобно вечности. Ведь сейчас решалась его судьба! Временно разогнанный, ледяной ци вновь полностью сковал юношу так, что тот не мог пошевелить и пальцем. Вздумай гончая напасть на него, Люку бы не осталось ничего, кроме как бесславно умереть!
Наконец гончая отвела свой взгляд от эспера, а затем… стремительно кинулась в атаку! Только не на Люка, а на замершего на месте и боящегося пошевелиться обладателя копья.
Миг, и немертвая тварь оказалась прямо возле него. Другой, и вскинутое в защитном жесте копье было буквально сметено мощным ударом лапы. Третий, и челюсти монстра смыкаются на горле жертвы, мигом прерывая ее жизнь.
Как и в прошлый раз, тварь почему-то не стала есть поверженную добычу, однако Люку удалось разглядеть, что после смерти жертвы в нее втянулась неуловимая серая энергия, подобная той, что совсем недавно переполняла его самого! Получается, он отнюдь не единственный, кто может вбирать подобную энергию. Эсперу на миг стало интересно, способны ли к этому вообще все здешние существа, или только «особенные» подобно ему самому и костяной гончей. Однако любопытство быстро исчезло, сменившись обоснованным беспокойством за свою жизнь. Ведь то, что гончая первым атаковала не его, а копейщика, вовсе не означает, что он избежит этого в дальнейшем.
Покончив со своей жертвой, «собачка» вновь перевела взгляд на Люка. Странный, задумчивый взгляд, которого не может быть не то что у обычной безмозглой нежити, но и обычных не совсем безмозглых собак. Наконец, что-то для себя решив, гончая неспешно, явно понимая, что тот никуда от нее не денется, направилась прямиком к Люку!
Эспер все еще был полностью скован ледяным ци, и никак не мог ничего предпринять. Ему оставалось только молча наблюдать за приближающейся смертью.
«Похоже, мне на роду написано умирать от зубов собакоподобных тварей, — мелькнула в мозгу непрошенная мысль. — Но в тот раз я хотя бы забрал его с собой. Интересно, что будет после очередной смерти, я вновь займу чье-то тело, попаду в загробный мир, или на этот раз умру окончательно? Хорошо хоть за смерть Чан Лея успел отомстить…»
Люк широко открытыми глазами смотрел на приблизившуюся почти вплотную костяную гончую. Как ни странно, от нее совершенно не исходило трупной вони, характерной для встреченных им в родном мире мертвяков. Хотя, если подумать, странным это не было — ведь в этой «милой собачке» не было ни грамма плоти, да и трупы, как успел заметить Люк, она не ела. Впрочем, эспера последнее совершенно не утешало. Что будет с его телом после смерти, его совершенно не волновало!
Когда между ней и тщетно пытающимся сбросить ледяные оковы Люком, осталось всего около полуметра, гончая остановилась. Смело смотрящий на нее юноша ожидал виденного уже удара лапой, или стремительного укуса мощнейших челюстей, однако ничего из этого не произошло. Вместо этого глаза гончей внезапно вспыхнули особенно сильно, и горящий в них зеленый свет неожиданно вырвался наружу, стремительно проникая в тело эспера. И Люк, совершенно для себя неожиданно, ощутил — сковывающий его ледяной ци внезапно развеялся! Не полностью, но вполне достаточно, чтобы эспер мог свободно двигаться!
После этого странного действа, собака резко развернулась, словно потеряв к Люку всякий интерес, и в мгновение ока оказалась… прямо возле мирно спящего Сюэ Жаня!
Усеянная клыками пасть метнулась прямо к горлу не подозревающего о грозящей ему опасности парня, но, когда до шеи оставались считанные сантиметры, внезапно остановилась. Гончая втянула носом воздух, словно принюхиваясь, а затем вновь перевела взгляд на Люка. И тот был совершенно уверен, что увидел в этом взгляде легкое недовольство вперемешку с… покровительственным отношением!
Взгляд костяного монстра как будто говорил: «Ладно уж, раз это твоя добыча, оставлю ее тебе. Все равно она слишком плоха для меня…»
Пока потрясенный и ничего не понимающий эспер переваривал увиденное, гончая развернулась и, практически мгновенно, скрылась из виду. О том, что только что здесь присутствовал страшный костяной монстр, теперь напоминали только растерзанные тела двух его жертв.
***