Спецоперация, или Где вы были 4000 лет? (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Мне надо идти — дела. Вот, остановился, чтобы порадовать вас этим букетом. До встречи на спектакле! — протянул букет и удалился.

Петр ушел и уже не слышал разговор двух подруг. Но, возможно, в нем и не было ничего интересного. Офелия, посмотрев Петру вслед, с нотками заботы, но и легкого снобизма произнесла:

— Милый мальчик, неухоженный только.

— И опасный, надо сказать. — резюмировала разговор подруга. — Помяни мое слово, такие петры, если вовремя не женятся, могут наделать очень много нехороших дел. Не удивлюсь, если завтра он приставит тебе к виску пистолет за то, что ты интересуешься искусством, а не наукой.

— Да это ты на него нападала, а он пытался как-то выкрутиться, больше молчал.

— В том-то и вся проблема. Молчание порой хуже пистолета. А этот Петр, он настоящий ухажер или так, только цветы дарит? Я имею в виду, у тебя с ним что-то было?

Офелия многозначительно промолчала, смотря в свой стакан с кофе.

— Ты где витаешь, в каких облаках? Так было ли у тебя что-то с этим ученым-лаборантом?

Офелия рассмеялась:

— Нет, конечно. У меня с ним ничего не было — он младше меня на 18 лет. Я, конечно, прогрессивных взглядов, но не настолько же! Да и чем он может меня привлечь? Дешевыми цветами? Нет, не было у меня с ним ничего.

Подруга Офелии с некоторой завистью в голосе:

— У тебя много поклонников, и я подумала, а вдруг ты решила себе завести ради интереса молодого любовника, а почему бы нет?

Офелия, смотря в лицо подруге:

— Я сейчас вообще никого не могу себе завести, кроме Георгия! Знаешь, какой он ревнивый. Следит, чтобы я поменьше разговаривала с интересными людьми. Просто разговаривала! Он даже к нашему режиссеру меня ревнует! К этому святому человеку! Да что там к режиссеру, он меня к своему 25-летнему сыну ревнует! Хотя тот, надо сказать, не промах.

— Андрюша! Да, весьма милый молодой человек, когда молчит. А делает он это редко.

* * *

Этот разговор Петр не слышал, а если бы слышал, ему было бы неприятно узнать, что он «милый мальчик» и у него «нет ничего» с Офелией. Он не любил вранья.

Идя по Прогулочной улице, мимо знакомых до баннерной слепоты объектов городской инфраструктуры, Петр подумал о том, что на сегодня хватит взаимодействия с людьми и их белым шумом. Ему хотелось забраться в свой звуковой кокон. Таким коконом для него были наушники и музыка в телефоне. Он поставил свой плейлист и отгородился от мира.

Сейчас он как раз проходил мимо Большого городского театра, того театра в котором работала (как она говорила, служила) Офелия. Последний раз он здесь был около двух недель назад, когда специально для работников «Gen-**» давали спектакль на патриотическую тему, Петр даже забыл его название. Генеральный директор Георгий считал, что искусство развивает мозг и приводит к инсайтам, а значит, полезно для научного потенциала центра. Спектакль был неинтересным, Петр его уже почти забыл, но ярко помнил то, как они с Офелией после спектакля в подсобке занимались любовью.

Перед глазами Петра очень отчетливо встала комнатушка — там хранился уже отживший свое, но еще не отправленный в утиль театральный реквизит. Сколько ненужного хлама! И в окружении этого хлама белое, ярко-белое тело Офелии, мягкое и податливое. Молодому человеку очень нравилось его мягкость, оно успокаивало его, как теплое одеяло, в которое он зарывался, когда был маленьким.

В тот вечер Петр нашел Офелию в дверях уборной и попытался затащить ее в кабинку. Но она сказала, что знает более подходящее место, где их никто не увидит — так они оказались в подсобке с свою жизнь театральным реквизитом.

— Я все время думаю о тебе. С ума схожу, даже на работе, когда рассматриваю ДНК рыбы в пробирке, — шептал Петр на ухо возбужденной Офелии.

— А когда рассматриваешь ДНК змеи, то это возбуждает тебя меньше? — как будто пытаясь оттянуть момент их близости, шутила Офелия.

— Да, потому что ты не похожа на змею, ты похожа на рыбу. Особенно, когда открываешь рот, — он впился своими губами в ее губы.

Офелия немного сопротивлялась, но больше из удивления его напору, чем нежелания слиться с ним в едином порыве телесного притяжения.

— Нас могут увидеть, а я не хотела бы, чтобы Георгий узнал, он убьет нас обоих.

Петр продолжает целовать ее.

— Плевать я хотел на Геогория. Ты моя. Он старый хрен, который думает, что все принадлежит ему, так как у него много денег. Он купил тебя? — снимает с нее блузку, потом бюстгальтер.

Она сдается. Петр смотрит в ее большие рыбьи глаза, гладит ее черные волосы, снимает свою рубашку, трется голым торсом о ее мягкие груди, целует их, опускается ниже.

Секс происходит быстро. Офелия не успевает опомниться, когда Петр уже кончил на уродливую порванную маску, изображающую мужское лицо в злой гримасе, несколько напоминающее нынешнего министра обороны Страны. Он завершает их секс пальцами, которые, погружаясь в Офелию, доводят ее до оргазма.