— Скажи мне, что я твоя, — умоляла его, задыхаясь от мечтательных мыслей. — Скажи мне, что я снова твоя.
— Да, — простонал Майлз, и он держал меня над кроватью, прижимая меня к своей твердости.
— Отпусти, — прошептала я, борясь с ним за зрелищность. — Я хочу сделать это.
— Нет, — прошептал мужчина, его голос был почти в трансе. — Нужно посмотреть.
Мы оба посмотрели между наших ног, и я заерзала, когда он приставил свой член к моему входу. Я застонала, и толстая нитка предэякулята прилипла ко мне, когда он ускользнул. Я закричала от этого зрелища, похоть, которую испытывала, подавляла все остальные эмоции в моем теле. Я была отчаянной, нуждающейся маленькой *баной куклой, и меня не волновало ничего, кроме того, что у мужчины между ног.
— Бл*дь, — умоляла я. — Трахни.
Он так и сделал.
Я опустилась на его член, дрожа от облегчения, а грязный рот Майлза изрыгал ругательства, когда он опускал меня все ниже и ниже, пока я не почувствовала его в своем животе.
— Майлз! — закричала я, ударяя кулаками по его груди. — Майлз, слишком глубоко!
— Заткнись, — простонал он, свободной рукой схватив оба моих запястья. — Заткнись, бл*дь, сладкая. Смотри на меня, смотри, бл*дь, прямо на меня.
Наши глаза встретились, так сильно, что я почувствовала, как слезы потекли по моему лицу. Его глаза были стеклянными, и в этот момент я поняла, что значит быть им, быть таким разбитым, испытывать такую боль, и я заплакала из-за него.
— Все хорошо, — прошептал Майлз, отстраняясь от меня так внезапно, что я едва могла перевести дыхание. — Все хорошо, сладкая, все хорошо, детка, не волнуйся, все хорошо…
— Не надо, — пробормотала я. — Не останавливайся.
— Никогда, — пообещал Майлз и начал вбиваться в меня.
Я думала, что боль расколет меня на части, и считала, что его стоны заставят меня кончить, прежде чем он кончит в меня.
А потом почувствовала, что кончаю, когда он трахал меня так абсолютно безжалостно, что я оставляла кровавые следы на его спине.
Я почувствовала, что снова кончаю, когда он так нежно уложил меня. Он схватил меня за горло, и я уже была близка к этому, но, когда он обнял меня, чистое безумие овладело моим телом. Его хватка была крепкой, его пальцы чуть-чуть сжаты, но большим пальцем нежно провел по моей нижней губе, пока наказывал мою киску. Его глаза были устремлены на меня, в мой разум, в мою душу. Он трахал меня так, будто знал меня веками.
Слезы лились, но Майлз продолжал трахать, а я продолжала отпускать его, пока мое тело не начало слабеть, глаза грозили полностью закрыться, а ноги бесцельно пинали простыни.
— О Боже, — прошептала я, мои слова были сбивчивыми и бредовыми. — Пожалуйста, хватит.
— Недостаточно, — прорычал он. — Недостаточно!
— Когда? — слезно умоляла я. — Когда?
— Когда. Все. Исчезнет.
Майлз выглядел одержимым. Помешанным. Он выглядел сумасшедшим, и я была влюблена в него больше, чем когда-либо в себя, в Пози, в Бога, в кого-либо живого или мертвого.
— Майлз, — прошептала я. — Все пропало. Все прошло. Я твоя.
— Нет, пока ты не возьмешь его, — простонал он, облизывая мое горло.
— Так сделай это, — умоляла я. — Войди в меня, трахни меня полностью, Майлз, пожалуйста…
Он прекратил толчки, его тело статуей возвышалось над моим. Я чувствовала, как его волосы, влажные от душа, капают на мою разгоряченную кожу. Казалось, он только сейчас понял, что действительно делает это, после того, что эти два придурка сделали со мной.
Его лицо озарила улыбка, большая, чертовски самоуверенная.
— Моя, — прорычал Майлз снова, а затем его тело подалось навстречу моему, и он уперся в изголовье, заполняя меня. Мое тело реагировало на его с такой интенсивностью, что ему пришлось удерживать меня, чтобы я не забралась на него.
Я чувствовала, как он кончает, не брызгая на меня, а просачиваясь, просачиваясь, бл*дь, в меня так мучительно медленно, что мне хотелось кричать. Но я терпела, и смех сорвался с моих губ, когда я кончила так же, как он, заставив Майлза в ярости вцепиться мне в горло, как грязное гребаное животное.