Она вздохнула, придвинувшись ближе ко мне. Ее тело было стройным, грудь выпирала из декольте блузки цвета слоновой кости. Юбка была облегающей. Действительно, очень привлекательно.
— Я беспокоилась о вас, мистер Рейли, — сказала она мне. — Вот почему должна была прийти и проверить вас. Что-то не сходилось, и я знала, что что-то происходит.
Мои пальцы вцепились в дверную раму, когда она приблизилась. В ее поведении было что-то такое, что не говорило об отношениях между врачом и пациентом. Она находила меня привлекательным. Ее глаза танцевали по моим разрисованным мышцам, останавливались на моем рте, впитывая мое тяжелое тело.
— Доктор Хелен, — повторил я. — Как вы сюда попали?
Она улыбнулась мне, наклонив голову.
— Ну, мимо швейцара, очевидно. Хотя, думаю, ты не так входишь и выходишь.
Женщина была так близко, и я отошел от двери, отстранился от нее и подошел к бару.
— Хотите выпить? — спросил я хрипло, и она кивнула, положив руку на дверь. У нее были длинные красные ногти в форме аккуратных закругленных кончиков. — Какие у вас предпочтения?
— Что бы ты ни налил, — сказала она, махнув рукой, как будто это не имело значения. — Знаешь, мне было интересно, сколько времени должно было пройти, чтобы мы двое, наконец, встретились.
Я бросил на нее косой взгляд. Может быть, она и смогла дозвониться до нашего швейцара, но меня она не обманывала. Была еще одна причина, по которой она здесь, и пока не готова мне ее сказать. Но я собирался выведать это у нее так или иначе.
Я налил нам обоим виски со льдом.
— Что Вы на самом деле здесь делаете? — спросил ее, когда мы подняли бокалы и каждый сделал по глотку янтарной жидкости. — Вы меня не обманете, доктор Хелен.
— Агнета, — сказала женщина с улыбкой. — Ты можешь называть меня Агнета. У меня сейчас нет рабочего времени.
— Агнета, — подтвердил я, морщась.
Я не хотел называть ее чертовой Агнетой. Я хотел называть ее доктор Хелен, и желал, чтобы она вернулась по ту сторону экрана, где я буду в безопасности от ее ядовитого, бл*дь, прикосновения.
— Пожалуйста, объясните, что заставило вас прийти сюда сегодня вечером.
— Предупреждающие знаки, — сказала она, подошла к дивану и села. Когда она скрестила ноги, я мельком увидел ее чулки, и мой член дернулся от этого зрелища. — Мы общаемся в Интернете уже несколько лет, Майлз. Я знаю все твои привычки. Также знаю, когда ты пытаешься что-то скрыть от меня.
— Я ничего не скрываю, — настаивал я, и она издала короткий смешок.
— Избавь меня от лжи, Майлз, — сказала она просто. — Я здесь, потому что волновалась за тебя. Я была уверена, что ты что-то задумал. Год назад ты довольно часто говорил о том, чтобы покончить с жизнью. Майлз, ты помнишь это?
Я отвернулся, не в силах выдержать давление ее взгляда.
— Можешь не отвечать, — мягко сказала Хелен, и я подошел к окну, засунув одну руку в карман, а другой прижавшись к холодному стеклу. Мне нужно было покурить, как никогда в жизни, хотя я не курил уже много лет. Но мои мысли все время возвращались к спрятанной пачке сигарет в глубине шкафа. Я бы с отчаянием принял яд одной из них в свои легкие, как только избавился бы от доктора Хелен.
— Но, похоже, мне вовсе не стоило беспокоиться, — наконец задумчиво сказал доктор Хелен. — На самом деле, Майлз, ты выглядишь лучше, чем когда-либо.
Я поднял взгляд на ее глаза, и она нежно улыбнулась мне.
Притяжение между нами накалило обстановку в комнате, но я никогда бы не сделал шаг.
Ни сейчас, никогда-либо еще. Очевидной причиной была Бебе, но я скорее умру, чем признаюсь себе в этом.
— Как ее зовут? — тихо спросила доктор, нарушив напряженный момент, как будто разбила окно. — Ну же, Майлз. По крайней мере, скажи мне что-нибудь, чтобы я могла спокойно уйти отсюда.
— Она девушка, — сказал я. — Просто… девушка.
— Просто девушка? — надавила она.
— Нет, — рявкнул я в ответ. — Она… я не знаю. Она — это все. Она — все, о чем я могу думать. Единственное, о чем я думаю. Беспокоюсь, что становлюсь зависимым, знаешь, как от сигарет.
Я не упомянул о своем желании покурить, но, похоже, она знала. На самом деле, казалось, что она знает все. И вдруг мы снова стали пациентом и терапевтом, когда она встала с дивана и взяла пальто и перчатки.