Просто великолепно.
Теперь я еще сильнее почувствовала себя не в своей тарелке.
Мы оба просто продолжали улыбаться друг другу, время от времени я поправляла ее, или же говорила сидеть ровно, когда на меня снизошло осознание того, что я наслаждаюсь этим моментам, несмотря на то, занималась этим впервые.
Я также понимала, что должна сфокусироваться на более важных аспектах своей жизни, но это всего лишь одна ночь. И одна натурщица.
— Знаешь, а у тебя талант позировать.
Она коротко и резко рассмеялась. Я продолжила работу, не переставая говорить:
— Ты будешь очень близко к зрителю. Будешь занимать большую часть холста, теперь я легко с этим справлюсь, я рисую не по памяти, а в живую.
Мы продолжили работать больше часа, я понимала, что Татьяна уже устала, поэтому отпустила ее одеться, так как картину я почти доделала. Она попросила показать что получилось, но я отказалась ссылаясь на то что работа не закончена, как будет полностью готова покажу.
***
— Скажи почему ты не стоишь в отношениях?
Глядя на меня внимательным взглядом, он так и не стал отвечать на вопрос, так что я быстро придумала новый, который на самом деле оказался еще более поспешным.
— У тебя же должна быть девушка, ты когда нибудь был влюблен?
Он быстро отвел взгляд, и мое сердце пропустило удар из-за виноватого выражения его лица.
— Я не хочу иметь никаких отношений. Я люблю свободу, а семейная жизнь не для меня. И давай закроем эту тему. — он отвернулся от меня, глядя на дорогу, стараясь скрыть разочарование в своих глазах. Явно в прошлом у него были проблемы.
— Я считаю, что у слова «любовь» неопределенное значение, — внезапно начал говорить он — Можно многое любить в человеке, но не любить его самого.
Он наградил меня молчаливой улыбкой.
Я наблюдала за ним.
Весь путь до дома мы молчали. Это было не то неловкое молчание. Мы вели себя тихо потому, что никто из нас не готов был разговаривать.
**
Завариваю кофе, прекрасно понимая, что не нуждаюсь в кофеине. А уж после такого дня, как сегодня, точно знаю, что не смогу заснуть, тогда какого черта?
Наливаю ему кофе и передвигаю чашку по барной стойке. Он приходит на кухню, садится и притягивает ее к себе. Добавив в свой кофе сливки и сахар, передаю их ему, но он отодвигает все от себя и делает глоток кофе, с ним я чувствую себя достаточно комфортно.
— Расскажи, как ты познакомился с Виктором?
Он улыбается.
— Как только я вышел из тюрьмы я начал работать у Фила. Это были трудные времена.
— Ты сидел? — не веря своим ушам спрашиваю я.
Он смеётся.
— А чем ты так удивлена? Бывший заключённый тебе не ровня? — говорит он с усмешкой.
— Ну зачем ты так? Я просто не ожидала — на несколько секунд я задумалась — а по какой причине, или ты не виновен?
Я считала Макса правильным, всегда за справедливость. Он достаточно зрелый для своего возраста, но также он очень приземленный и… веселый. Его жизнь, кажется, отлично сбалансирована, и это, наверное, то, что я нахожу в нем хорошего парня.
А еще, меня разрывает противоречивое чувство, потому что я вижу в нем главное. И для обычной девушки, это было бы увлекательно и весело. То, о чем вы бы написали в смс своей лучшей подруге.