Послушать не хотите ли?»
Толпа захлопала в такт музыки, подбадривая исполнителя, а старик тем временем с улыбкой продолжил петь частушки:
«Люда, Людочка, Людок
Дай пощупать за задок
Дай пощупать за задок
А потом за передок!»
На эмоциях исполнитель покрутился вокруг себя несколько раз, продолжая наигрывать мелодию.
Услышать что-то подобное я не ожидал. Судя по реакции всех собравшихся — вообще, никто не ожидал! Где-то сзади раздались голоса, обсуждавшие Людку, что работала дояркой. Всем стало интересно, не ей ли старик посвятил серенаду и как отнесётся к этому его жена.
Гармонист тем временем продолжал выступление:
«Я вчера пришёл к врачу,
Говорю: „Всегда хочу!“...»
— Стоп! — громко потребовал я, и пожилой музыкант послушно остановился, уставившись на меня непонимающим взглядом.
— Товарищ председатель, хотите на бис? — предположил он, готовясь заиграть на музыкальном инструменте вновь.
— И одного раза хватило! Вас как зовут? — я поднялся с лавочки и направился к старику. Не хватало ещё так опозориться на празднике!
— Дети! Как меня зовут? — корча рожицы спросил старик.
— ДЯДЯ МИТЯ! — выкрикнули хором они.
Он широко улыбнулся в ответ и сказал:
— Товарищ председатель, меня зовут Шапочкин Дмитрий Николаевич! А для всех я просто — дядя Митя!
— Дмитрий Николаевич, — шепнул я, — Как вы смеете исполнять подобное перед детьми? Постеснялись бы!
— Простите, товарищ председатель, но я и так выбрал самые приличные из тех, что знал, — также шёпотом ответил он.
Стоило старику открыть рот, как я тут же почувствовал запах алкоголя. Вот в чём секрет. Отдам старику должное, играет и танцует для своего состояния он неплохо, но вот доверять пение ему точно нельзя!
— Странно, он же заучивал нормальные частушки, ему ещё жена их записала, что случилось? — послышался тихий разговор трёх девушек.
— Девчат, — обратился к ним я, — А вы помочь Дмитрию Николаевичу не желаете? Чего всё взваливать на него одного, да и интересней так будет. Он вам сыграет, а вы частушки исполните. Чур только без сюрпризов!
— С радостью, но у нас танцевальный номер, товарищ председатель, — ответила за троих женщина, указывая на зелёное платье в горошек, что было одето на каждой.
— Одно другому не мешает! Да и Дмитрий Николаевич у нас тоже неплохо танцует, составите ему компанию!
— Мы ведь даже текста не знаем, товарищ председатель, — обратилась ко мне вторая танцовщица.
Стоило старику услышать, что три молодых женщины будут выступать с ним, как тот приоткрыл рот от удивления и потянулся в карман за бумажным листом, затем протянул мне:
— Товарищ председатель, вот частушки, всё здесь! Я старенький уже, вижу плохо, но с превеликим удовольствием выступлю с красавицами! Пальцами работать благо ещё умею! — похотливо подмигнул женщинам он.
Я подозвал женщин к себе и продемонстрировал им заготовленный текст. К счастью он оказался довольно простым, что позволило танцовщицам быстро заучить частушки. И уже через десять минут женщины танцевали под гармонь дяди Мити, исполняя песни приличного содержания. Этот вариант мне нравился куда больше, кто знает, что на празднике учудил бы пожилой музыкант. Особенно под градусом...
К следующим артистам не было никаких придирок. Я увидел, как танцевальные выступления, так и оптимистичные песни, настраивающие коллектив на сплоченность.