– Ну ладно, – сказал я.
– И похоже, они всерьез заинтересовались некоторыми поисковыми запросами, которые вы вводили.
Я почувствовал укол беспокойства.
– Какими запросами? Мне привезли телефон в субботу, а забрали его вчера. Браузер я даже не открывал.
– И значит, не искали, чем отличается умышленное убийство от убийства по неосторожности?
– Нет.
– И что такое «состояние аффекта» с юридической точки зрения и как это может быть использовано в суде в качестве смягчающего обстоятельства?
– Нет.
– Сколько крови или слюны нужно для проведения ДНК-анализа? Расположение ближайших свалок?
Я покачал головой в полном замешательстве.
– И это все запросы с моего телефона?
– Похоже, так.
– Но я ничем подобным не интересовался. Мне эта информация и не нужна.
– Но кто-то все же делал эти запросы.
Мел?
Но она не знала пароля, чтобы разблокировать телефон: не спрашивала, а я не говорил. Да и в любом случае чертова железка была у меня всего несколько дней. Какие еще варианты? Кто-то, кто очень хорошо разбирался в современных компьютерных технологиях, мог взломать мой телефон, кто-то, кто чувствовал себя в сети как рыба в воде и мог обойти любую защиту.
Кто-то типа Бена.
– А то сообщение, что я видел на компьютере в понедельник ночью – угрозы от Бена, – полицейские вычислили отправителя?
Ларссен пожал плечами:
– Судя по всему, это вирус-троян, он мог быть скачан по ссылке, прислан по электронной почте или установлен локально, и это произошло недавно. Вообще на вашем компьютере было довольно много вирусов, с помощью которых злоумышленник мог делать с машиной что угодно. Такое часто бывает.
– Они могут определить, кто это был?
– Вряд ли. Более того, полиция считает, что вы заразили компьютер намеренно в попытках изобразить из себя жертву.
Я снова недоверчиво покачал головой и уставился в окно. К остановке подъехал автобус, выплюнул с десяток людей на Криклвуд-бродвей и двинулся дальше. Покупатели входили и выходили в двери множества магазинов. В барах и ресторанчиках сидели припозднившиеся с обедом клерки или компании за пивом. Жизнь окружающих текла своим чередом, а моя рушилась на глазах.
– Кто еще мог получить доступ к вашему телефону? – спросил Ларссен.
– Никто. Я не знаю. Жена, наверное. Но она не знает пароля.
– А она могла его подобрать? – спросил адвокат, отпивая кофе.
– Сомневаюсь. Она свой-то запомнить толком не может, не то что чужой подобрать.
– Уверены?
Ты вскрыл ее телефон, почему бы ей не проделать то же самое с твоим? Я не стал отвечать.
– И что теперь? После того как они нашли все эти запросы?