Ящик пандоры: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Брат с Ароном и Шеалтом покинули особняк ненадолго… Можно… я коснусь тебя ещё раз?..

От такого заявления у Александра перехватило дыхание. Он и не думал возражать, когда её пальцы медленно прошлись по его щеке… Дрожь прошлась по всему телу, только от одного её прикосновения. Он застыл, боясь прервать этот момент.

— Ты… украл мой сон… мои мысли… Эта ночь… длилась целую вечность… — срывающимся голосом прошептала Аллиэн, томно прикрыв глаза, прильнув к его губам в жарком поцелуе…

Его обоняние обжег изумительный аромат Аллиэн… Он крепче обнял её, нежно повалив рядом с собой на шкуры, вызвав томный стон долгожданного блаженства…

Глава 11

Длинные поцелуи прерывались короткими передышками страстно-горячего дыхания… Они уже не могли совладать с собой в пожаре вспыхнувших чувств, срывая друг с друга одежду, беспорядочно раскидывая её вокруг, предаваясь полной взаимности обоюдного желания…

Впервые Аллиэн чувствовала такой ураган эмоций и приятных ощущений, протекающих по всему телу! Его сильные руки… его дыхание на её шее… поцелуи… нежные покусывания — всё это сводило её с ума и заставляло испытывать настоящее блаженство. А потом… она томно и сладко стонала, а в самом конце вскрикнула от прокатывающейся приятной дрожи по всему телу, мягко затихающей только в самых кончиках пальцев расслабляющегося тела от неземного удовольствия…

Тяжело дыша, они лежали, обнявшись, смотря друг на друга с влюблённой улыбкой на лицах. Никто из них не мог поверить в то, что это происходило между ними наяву, а не в каком-нибудь редком чудном сне. Их взгляды погружались друг в друга, а в сердцах оставалось то самое ощущение, будто они знают друг друга уже не первую тысячу лет…

Голова раскалывалась как никогда… Юрию снился сон, будто он что-то не то сказал чемпиону мира по боксу и тот щедро приложился ему в челюсть, так сказать — от всей души. Открыв глаза, он не понял где находиться. Рядом с его лицом были вытянуты чьи-то худые ноги, закованные в цепи, покрытые множественными ранами и ссадинами. Песок, на котором он очнулся — пахнул крайне неприятно.

Проморгавшись и прокашлявшись, он тряхнул головой и перевернулся на бок, приняв удобную позу. Облокотился на стену и сел. Глаза болели, но не так сильно как голова. Подняв руки чтобы потрогать затылок, он обнаружил на них противно бренчащие цепи, отдающие лязгом своих звеньев — целую какофонию боли в пульсирующих висках.

Всё же пощупав голову, он застонал, обнаружив на ней несколько больших болезненных выпуклостей. Похоже, его ударили не один раз…

Повернувшись в правую сторону, он обнаружил возле себя того самого улыбчивого старика. Тот сидел неподвижно и не дышал. Израненный, весь в синяках, казалось, что он уже отбывает на тот свет, если уже не отбыл… Хм, а ведь когда он пришел в это место — ран на немощном теле старика ещё не было.

Юра потыкал пальцем его в плечо, но никакой реакции не последовало. Потеряв к нему интерес, он повернулся в другую сторону. Там сидел какой-то карлик со страшной харей и довольно длинными острыми ушами, то ли изуродованный, то ли такой от рождения. Ещё его выделяла слишком серая кожа в отличии от человеческой.

Карлик посмотрел на Юру в ответ и оскалился, показав острые нечеловеческие зубы, где-то выбитые в давних переделках, а где-то основательно прогнившие у корней. Захлопнув свою гнилую пасть, тот отвернулся. Юра повернул раскалывающуюся голову в центр комнаты. В прояснившемся взоре увидел много неровных теней в свете факелов, где-то сгорбленных, где-то сидящих, а где-то стоящих и что-то царапающих на стенах. Помимо него в зале было множество таких же рабов, сосчитать их всех попросту не давала головная боль.

В центре зала, с лестницы по которой они поднимались, когда прибыли с купцами — послышались частые шаги и противный скрип ступеней. Сверху, неспешной походкой, спускались: жирдяй, его охрана и ещё один незнакомец, укрытый в черный капюшон, широкоплечий, с какой-то подозрительно хозяйской походкой. Толстяк что-то говорил незнакомцу услужливым тоном и часто кланялся. Теперь он совсем не был похож на того надменного торговца живым товаром, который встречал их с Дальхаром и Ахримасом — теперь он был похож на мерзкого слизняка, лижущего пол перед ботинками своего хозяина…

Остановившись и сойдя с лестницы, незнакомец осмотрел весь зал пристальным взглядом и медленно пошел в дальний угол к рабам. Подойдя к рослому гиганту, закованному в цепи, с лютой злобой смотрящему на него двумя красными огоньками, важный гость остановился. Юрий наблюдал, как тот свел руки где-то на поясе спереди, и в сидящего перед ним гиганта брызнула резкая желтая струя… Зал вздрогнул тихим шепотом ужаса. Гигант же сидел молча и не двигался, возможно, боясь хозяина, понимая, что его ждет непременная смерть в случае какой-то реакции на такое унижение.

«Значит, эти твари продали меня в этот гадюшник…» — волна гнева отрезвляюще прошлась по мыслям, частично отгоняя боль от ушибов на голове. Юрий понимал, что ничего хорошего ждать от этого мира не стоило, но сама мысль, что его продали как какую-то дешевую тряпку… как шлюшку, на неограниченное пользование его жизнью… Как раба! Хотя почему как? Теперь его именно так и можно было «величать».

Тут же стало интересно, что с ними будут делать дальше. Незнакомец обошел почти всю комнату по кругу и остановился рядом с ним. Возможно, его привлекла слишком белая кожа, возможно толстяк успел ему что-то рассказать из слов Дальхара, но тот встал перед Юрием и пристально посмотрел на него. За тем, что-то коротко спросил у толстяка, на что тот коротко помотал головой из стороны в сторону и быстро-быстро выдал несколько коротких предложений.

Незнакомец что-то приказал властным тоном, и его охрана подошла к Юрию. Ключом открыли замок, сняли цепь со стены, потом с его рук, после чего вывели его в центр зала и разошлись в стороны. Толстяк, смотрел на все это, прищурив глаза и не много напрягшись — такая затея ему явно не нравилась. Один из стражей швырнул свой искривлённый меч под ноги Юрию, хитро улыбаясь. Сомнений не осталось — они хотят, чтобы он с кем-то подрался. Но такого противника он не ожидал — к нему вышел сам незнакомец в чёрном…

Взяв в руку брошенный меч, Юрий посмотрел на остро заточенное полотно добротного меча и на отражение в нём своего противника. Полностью понимая, что в честном бою у него нет ни единого шанса — его голова начала лихорадочно работать над разными вариантами. Покрутив немного мечом, он справедливо ожидал, что при таких размерах меч будет много тяжелее, но не придал его лёгкости особого значения, греша на секреты местных мастеров ковки…

Противник достал свой черный меч с золотыми символами и медленно пошел по кругу без всякой стойки или позерства, как любили показывать во многих фильмах. В его шагах читалась настоящая угроза. Ровно одна ошибка и он заберет его жизнь, как забрал уже сотни других. В мастерстве противника сомневаться не стоило точно, иначе он бы не смотрел на него так пристально и не шел так уверенно в его сторону, медленно сокращая дистанцию по кругу. От всей серьёзности сложившейся ситуации Юрия даже пробирала дрожь по всему телу, а сердце заколотилось учащенно, так, что хотело сломать рёбра и выпрыгнуть наружу.

От страха Юра перехватил меч двумя руками и напрягся. Дыхание сорвалось, он перестал моргать и встал удобнее, отставив правую ногу немного назад. В ожидании какого-то подвоха со стороны незнакомца, Юра, не мигая начал смотреть на общий силуэт противника, но тот только вскинул бровь и быстро пошел в его сторону. Дойдя до какой-то одному ему видимой черты, он резко сделал шаг вперёд, невероятно быстро выбросив руку с мечом сначала вниз, а потом, резко дёрнул вверх, чертя своим оружием длинную полосу. Но Юра, будто предвидел этот момент. Страшно замахнувшись — со страхом обрушил свой удар сверху вниз со всей силы, попросту упредив удар противника — тем самым изрядно удивив бывалого воина…

Притихший зал разрезал оглушительный лязг скрестившегося оружия. Неправильно подставленный меч сломался, несколькими осколками брызнув в стороны. Стражи и толстяк даже пригнулись от неожиданности. Юрий и его противник стояли друг напротив друга и не шевелились. Незнакомец удивленно смотрел на обломок меча в руке Юрия, никак не ожидавший такого исхода боя, до сих пор не веря в случившееся. Его черный меч, лишь оцарапал предплечье Юры.

Новоявленному рабу ничего не оставалось, как ждать пока его казнят…

Узники зашептались, после чего жирдяй визгливо прикрикнул и сразу всё стихло. В молчании, влиятельный незнакомец развернулся, убрал свой меч и пошел по лестнице обратно вверх. Толстяк немного помедлил, что-то сказал остальным и пошел за ним. Двое охранников метнулись к Юрию и вновь одели кандалы с красными лицами, приковывая того обратно к стене не забыв сильно ударить кулаком в лицо, от чего тот болезненно дернулся и тряхнул головой.

Юрий снова сел на своё место, рядом со стариком. Глаза его были открыты и с живым интересом рассматривали новичка, будто он увидел в нём нечто необычное. И все же, он по-прежнему молчал и осматривал Юру, просто молчал и наблюдал.

Прошло около часу, прежде чем на лестнице снова послышались какие-то звуки. Двое охранников тащили чье-то окровавленное тело вниз по лестнице. Это был седой человек в белых одеждах. Его украшения говорили о высоком положении, бывшем высоком положении, так как они тоже были обагрены кровью… Юра не знал кто этот человек, но догадывался что это бывший хозяин, а толстяк наверху всего лишь за управляющего, не больше.

Они дотащили тело до двери. Один из них вышел на улицу. Откуда-то издалека послышался противный скрип чего-то деревянного, скорей всего — старой телеги. Вскоре раздался звук какого-то шипения и надсадное дыхание людей. Вытаскиваемое тело скрылось за дверью, оставив за собой длинную кровавую полосу уходящую куда-то наверх. Ещё одно яркое, отрезвляющее напоминание о том, насколько дёшево стоит чужая жизнь.

Старик рядом заговорил на непонятном языке. Юра не понял ни слова из сказанного — только пожал плечами и отвернулся, но старик не отстал. Больно ткнул его в плечо чем-то острым, заставив тем самым повернуться обратно. Он сидел с какой-то щепкой в руке и чертил что-то на песке рядом с ним. Это были самые настоящие пейзажи. Его мастерство поражало: из обычной грязи и песка он вырисовывал настоящие картины, причудливым образом держа свою щепку скорее как кисть или перо…

За считанные мгновения Юрий увидел в этих сменяющих друг друга картинах отрывки из жизни старика. Что там отрывки — целые истории! Практически с самого детства. Пусть не все из них были понятны, но общий смысл улавливался на ура. И вот… Старик передал эту самую щепку в его руки… Юрий сразу почувствовал свою немощность, будто в его испачканные черной смолой или углем руки предали чистейший пергамент. Стало как-то неудобно, но он всё же начал рисовать свои каракули…