Их молчание нарушил Фостер, наверное, не вовремя появившийся в комнате.
— Эбби, нам нужно решать дела. Помнишь, я говорил тебе, что мне удалось скопировать контакты с телефона Ральфа Рочестера, пока тот любезно готовил нам напитки? Я буду звонить по тем номерам, которые нам удалось выведать из его телефона, и буду настаивать на встрече, — проинформировал Нэйтен, опираясь на арку.
— И куда вы собираетесь вляпаться в этот раз? — настороженно спросил Уилсон, повернув голову в сторону Фостера.
Эбби и Нэйтен переглянулись друг с другом, не в силах рассказать ему. Все это потому, что девушка хотела уберечь Томаса от всего этого, надеясь, что скоро все закончится и они заживут нормальной жизнью, где будет полный мир и покой.
Несколько минут в комнате царило полное молчание, лишь тяжелые вздохи нарушали тишину.
Миллер все же повернулась к нему лицом и, глядя в карие глаза, ищущие хоть какого-нибудь ответа, вымолвила:
— Томас, ничего серьезного, правда.
Она закусила губу, нервничая, что соврала, и ее глаза забегали по комнате, когда он пытался в них заглянуть.
— Ты не умеешь врать, Эбби, — сказал Уилсон, столкнувшись с ее глазами. — Выкладывайте все сейчас, я могу вам помочь, пора бы это уже запомнить.
Фостер и Миллер вновь переглянулись. Нэйтен присел на диван, так как ему уже надоело подпирать стену, и Миллер, набирая в легкие больше воздуха, решила рассказать, что вчера утаила от мужчины.
— Томас, мы все еще разбираемся с «L» и почти у цели, у нас есть подозрения на одного человека, — вжимаясь в диван, вымолвила Миллер, стараясь сейчас не смотреть на брюнета, который пребывал в шоке и полном гневе.
— Вы с ума сошли? Вас пытались убить, а вы продолжаете во всем этом копаться! — он встал с дивана и начал нервно расхаживать по комнате, перебирая пальцами по обветрившимся губам.
— Но убийца моего брата должен быть наказан! — выпалила Эбби, став на ноги.
Сейчас она тоже была разъяренной, ведь не понимала, почему мужчина запрещает им закончить то, что они начали три месяца назад. С одной стороны, ее мозг осознавал, что это просто забота, но с другой стороны, вообще отказывался понимать.
Для нее главным было то, что она вместе с Нэйтеном почти докопалась до истины, что, найдя «L», она отомстит ему за смерть родного брата. Ведь глупо бросать то, что уже близится к концу.
Эбби, подойдя к Уилсону со спины, стоявшему лицом к окну, приобняла его за талию и нежным голосом сказала на ушко:
— Томас, я знаю, что ты сейчас хочешь меня убить за это, но это очень важно для меня. Дай мне немного времени, и мы будем жить долго и счастливо.
Уилсон все еще стоял к ней спиной, не желая поворачиваться, якобы сохраняя гнев, но на самом деле уже улыбался: хрупкие руки девушки обнимали его за талию, и мурашки забегали по всему телу от этого прикосновения.
Миллер заметила эту хитрость и поцеловала его в щеку, доставляя ему больше наслаждения. Она хотела отойти от него, но он резко повернулась и ловко обхватил ее руками, создавая замок.
— Тогда я буду с вами, так как не переживу, если с тобой что-то случится, — улыбнулся Уилсон.
— Договорились, — радостным голосом произнесла Миллер, затем отошла от него, садясь на диван.
Нэйтен зашел в комнату с листом в руках, на котором были напечатаны номера из телефонной книжки Ральфа и последние звонки за полтора месяца. Сначала они, беря втроем телефоны в руки, начали набирать номера из телефонной книжки, чтобы связаться с абонентами и договориться о встрече.
Их задачей было одно: выведать больше информации про Рочестера, который не внушал им больше доверия. Это сделать легко, если поговорить с его близкими друзьями, обладающими ценной информацией из жизни Ральфа.
Номеров было куча, так что казалось, что им сегодня точно не перебрать 500 абонентов, но они решили, что нужно начинать с людей, которые подписаны кличками, думая, что это его приятели. Ну, а кто еще так будет подписывать чужих людей?
Эбби, взяв в руки желтый маркер, начала выделять «Шуля», «Гном», «Любимая» и прочие такие имена, чтобы им быстрее было найти. Ведь список большой, так быстро не найдешь номера, а от яркого цвета выделителя они будут четко бросаться в глаза.
Нэйтен вводил Томаса в курс дела, рассказывая про все подробности, растолковывая ему встречу с Ральфом и его странное поведение, из которого они и сделали эти выводы. Уилсон слушал Фостера, и, честно говоря, у него от этого начал кипеть мозг, даже, наверное, плавиться. Вся информация смешалась у него в голове, от чего ему было трудно уловить суть, но после чашки кофе он взбодрился и был больше полезен, чем предыдущие полтора часа.
Взяв в руки телефоны, Томас, Эбби и Нэйтен начали обзванивать выделенные номера, назначая встречу в каком-нибудь кафе или месте, дальнем от дома Рочестера. Некоторые говорили, что сегодня очень заняты и что у них не получится прийти на встречу. Некоторые что-то мямлили, не в силах найти отговорку, чтобы не встречаться с ними, а некоторые, наоборот, соглашались уделить пару минут для разговора.
— Так, я сейчас поеду в «The Pie Hole». Мистер Гринберг согласился встретиться, — сказала Эбби, уже надевая пальто и собираясь выйти из дома.
— Только аккуратно, ладно? — в один голос выпали Нэйтен и Томас, беспокоясь о том, что с ней может что-нибудь случиться.
Миллер кивнула головой, обещая быть аккуратной, и быстро покинула квартиру.