Друзья оглянулись. Большая часть тяжело раненых к утру либо уже отмучилась, либо нашла в себе силы, чтобы уползти отсюда подальше. Солдат, выбиравшийся из груды трупов (именно там они нашли Дубалина), судя по всему, был попросту оглушен и провалялся все это время в беспамятстве.
Алабирк вытащил из-за пояса топор.
— Не надо, — сказал Дэвид. — Пусть уходит.
— Ну уж нет! — возразил Родерик. — Янган, приведи-ка его. Имеется у меня к этому людю задушевный разговор.
Через минуту Янган приволок «языка», который вблизи и без шлема оказался молодым пареньком, чем-то смахивавшим на Эттиля: такие же светлые волосы, такой же не знавший бритвы гладкий подбородок. Юноша ошалело оглядывался вокруг и никакого сопротивления Янгану не оказывал. Видимо, он все еще не мог понять, что же произошло.
— А… где наши? — Это были первые слова, которые он произнес.
Родерик хмыкнул и обвел рукой усеянное трупами поле:
— А ты сам, что, не видишь?
Парнишка сглотнул, не сводя широко распахнутых глаз с грозного лица старейшины гномов.
— Как зовут? — спросил Родерик.
— Малк из Сальбиты…
— Под чьей рукой ходишь?
— Барона Тарлета я человек… Если он еще жив.
— И какого ж хрена твоему барону от нас надо было?! — не выдержал Янган.
Малк передернул плечами.
— Не знаю… Герцог приказал — барон поехал.
— Так, значица, твой барон Ратхару Черному Герцогу служит? — ласково осведомился Родерик.
— Ага… — сказал Малк и сглотнул. — Попить дайте, а?.. Горло… — Он закашлялся.
— Ниче, потерпишь, — отрезал Родерик. — А герцогу твоему за какого ляда мы понадобились?
— Так ведь… — Малк снова начал кашлять. Дэвид снял с пояса флягу и протянул ее пленнику. Родерик посмотрел неодобрительно, но ничего не сказал.
— Я не знаю… — осекся Малк, увидев, как сдвинулись брови гнома. — По лагерю, правда, слухи ходили… Что, мол, какой-то отряд в столице за тыщу золотых нанялся, чтоб герцогову голову королю на блюдечке принести… И что, будто в этом отряде колдун сильный имеется… А как сотник нас собрал, так значит, и говорит: стреляйте, мол, в колдуна… Вот и все, что я знаю.
Друзья переглянулись.
— Во дворце кто-то стучит, — сплюнув, заметил Янган. — Ясно как день.
— И очень хорошо стучит, — согласился Дэвид.
— Громко и быстро, — добавил Алабирк.
— А кто во дворце на герцога твоего трудится, ты, мыслю, не знаешь, не ведаешь? — спросил Родерик.
Пленник закивал:
— Не знаю. Я же простой ратник…
— Ну тады все, — подвел итоги старейшина. — Больше у нас к тебе вопросов не имеется… Да, скажи еще — герцог сейчас в замке своем?
— В замке… Но он больше времени в лагере проводит… В замке только ночью.