Победители недр. Изгнание владыки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А если что-нибудь случится? Задержка или авария?

— Ну, какая может быть задержка! Даже самая серьёзная авария, какая у нас была, задержала нас всего на шесть суток. А у нас запас кислорода не меньше чем на пятнадцать-двадцать суток. Да ещё мои химические материалы. И всего-то нам осталось пути не больше чем на пятнадцать дней. Пустяки, мой дорогой! Успокойся, Володюшка! Спать нужно.

Когда Володя, совсем успокоенный, заснул, Малевская спустилась в нижнюю камеру и рассказала Марееву о происшедшем. Он был чрезвычайно огорчён.

— Я не думал, что он такой впечатлительный. Я должен признаться, в порядке самокритики, что сделал непростительную глупость, заговорив о кислороде в его присутствии. Можно было предвидеть, что он поймёт… Никогда не прощу себе этого!

— Да, Никита. Мне очень жаль, но я тоже ничего не могу придумать для твоего оправдания. Тем более, что для твоих опасений остается всё меньше оснований: впереди всего пятнадцать суток пути.

Внимательно проверяя лёгкость разворачивания нового, только что поставленного на козлы барабана с проводом, Мареев сказал:

— Я очень хотел бы оказаться лжепророком! И дело как будто идёт к этому. Каждый ушедший день вливает в меня новую дозу спокойствия.

— Постарайся передать это спокойствие и Володе, — посоветовала Малевская. Поднимаясь по лестнице в шаровую каюту, она продолжала: — Вообще ты должен с этого момента проявлять как можно больше оптимизма и уверенности.

Мареев поднял голову.

— С вашего разрешения, Нина Алексеевна, я буду оптимистом во всём.

На лестнице уже никого не было. Марееву послышалось тихое:

— Разрешаю…

С минуту он постоял неподвижно, с поднятым кверху лицом. Потом опустил глаза и покачал головой.

— Если бы только не известняки… — проговорил он вполголоса. — Если бы не известняки…

После нефтеносных песчаников снаряд вошёл в слой глинистых сланцев. За ним должны были начаться известняки. По расчётам Мареева, в сланцах снаряду предстояло пройти около шестисот пятидесяти метров. При сохранении скорости в десять метров в час это заняло бы около шестидесяти пяти часов.

В шаровой каюте царит веселье. Володя как будто старается вознаградить себя и других, разряжая всю накопившуюся в нём энергию и жизнерадостность. И вместе с ним всё как будто ожило в снаряде, словно в широко раскрытое окно пахнул свежий весенний ветер.

Через шестьдесят пять часов после выхода из нефтеносных песчаников снаряд проходил всё те же однородные массы глинистого сланца.

Известняков не было!

Мареев едва верил в это чудо, но время шло, а снаряд всё не выходил из сланцев.

— Что же это такое наконец, Никита? — приставал Брусков. — Где известняки? Подавай известняки, которыми ты нас всё время пугал!

— Не дам! Нет у меня известняков! — отшучивался Мареев.

— Но всё-таки куда же они девались? Может быть, в самом деле, мы их обходим стороной?

Мареев сразу стал серьёзным.

— К сожалению, этого не случится… Просто сланцы в этом месте поднимаются выше, чем на линии нашего спуска, образуя нечто вроде подземного холма. Я и это считаю большой удачей: меньше придётся идти в известняках, и, кроме того, насыщенность их водой будет меньше…

— Почему? — спросил Володя. — В этом месте с поверхности проникает меньше воды?

— Нет, Володя, не в этом дело. Просто поступающая с поверхности вода не может задержаться на сланцевой возвышенности и скатывается по её склону в ложбину. При спуске мы, очевидно, пересекли как раз такую ложбину и встретили большое скопление воды.

Предсказания Мареева оправдались полностью. С опозданием на двадцать часов снаряд вошёл наконец в мощные пласты известняков, которых все ждали с нетерпением, смешанным с тревогой.

С этого момента жизнь в снаряде стала по-боевому напряжённой. Каждый час производились анализы на влажность и плотность породы. По снимкам инфракрасного кино со всех дистанций непрерывно следили за её трещиноватостью.

Повышенная влажность породы, как и следовало ожидать, сопровождалась уменьшением плотности и большой трещиноватостью. Но эти явления не давали пока оснований для беспокойства. По мере подъёма условия должны были улучшаться. Благодаря повышению уровня сланцев нижние слои известняков, в которых можно было ожидать больших скоплений подземных вод, оказались значительно менее опасными, чем думал Мареев.

После первых трёхсот метров влажность известняков заметно уменьшилась, хотя густота и размеры трещин оставались значительными.