Кощей договаривал, уже входя в свой огненный портал и держа в руках латы.
Глава 5
Такого триумфального появления Кощея на новогоднем представлении не было никогда раньше, и не будет никогда впредь!
Злодей громыхал, дьявольски хохотал, пускал огненные стрелы, тающие при приземлении. Все летало, сияло, низвергалось, рычало, фонтанировало и искрилось.
Кощей хватал кого-то из нечисти, подмигивал незаметно и превращал в камень. Это он умел делать, Яга научила. В ходе этого буйства он с какой-то патетической речью обратился к Яге. Пока она многословно отвечала, он успел ей шепнуть план действия, потом прямо на сцене сотворил огненный портал в зал, изображающий сокровищницу, и якобы со злостью отправил в него Ягу. Яга на прощание что-то жалобно кричала. Очень жизненно получилось. Дети в зале переживали.
Пока на сцене Кощей бушевал и обещал прекратить все праздники на земле, Яга приступила к работе.
Иллюзия не поддавалась даже ей. Что-то держало. Ох, сложно работать, когда за спиной взволнованно сопит всесильный отец.
— Князюшка, уймись, не то заколдую тебя немилосердно, — шипела Яга.
— Ядвига Ивановна, так дочка же!
— Ей-ей, обездвижу. Не мешай. Миша, убери хозяина. Я за себя не отвечаю. Иначе вообще бомбану здесь все. Лучше узнай, что там у Игнатьева, князюшка.
Владимир, не слушая Ягу, все бубнил:
— Что я княгинюшке скажу, где дочка. Она и так наверняка удивляется, почему Снегурка не выходит. Она же сценарий знает. Как-то княгиню Ольгу надо отвлечь, чтобы не заметила подмену.
— Не серди, князь! Зови Игнатьева, пусть княгиню из ложи с гостями вытаскивает хоть сюда. Так, я придумала, что делать.
Яга подошла к стене, стукнула по ней рукой: «Веник, давай ко мне».
Через пару секунд домовой Яги Веник появился в виде легкого облачка. В зале были люди, поэтому в истинном виде домовой предстать не мог.
— Так, Веник, ну, ты ситуацию знаешь. Давай сейчас на сцену, там есть две сестрички нашего банника Спиридона— банницы Анфиска и Аниська. Быстро, скрытно их сюда.
— Сейчас, князюшка, мы облегчим себе немного жизнь, да и Кощейке легче будет. Князь, не волнуйся, девочка здесь. Я чувствую не свою магию, ее удерживают. Достанем девочку. Видишь, я даже не переживаю, что сейчас сюда Ольга придет. Прямо на ручки родителям передам ребенка, — Яга уверенным голосом успокаивала князя. В принципе, она не особо сомневалась в исходе.
— Нервозность ситуации только надо немного снизить. Время мне нужно. Ничего, девчонки умненькие, справятся. Они по сценарию все знают, И сами очень артистичные, я давно наблюдаю. Лучше профессионалок справятся.
Из стены бочком протиснулись две смешные девчоночки. Небольшие, лохматые, изрядно грязные, в жутких лохмотьях. Девчонки вылезли обе и степенно поклонились присутствующим. Глазки веселые, счастливые! Видно в свое удовольствие по сцене носились!
— Так, девчонки. Задача политически важная. Аниська, ты говорила, что хочешь быть артисткой.
— Нет, матушка, Анфиска хотела. Я стесняюсь, — проговорила-пропела одна из девчонок.
— Хорошо, Анфиска. Сегодня твой звездный час. Снегуркой будешь.
Вне себя от радости девчонка завизжала и запрыгала, уже не стесняясь никого, даже князя.
— Яга, что ты задумала?
— Владимир, мы не можем долго задерживать представление. Я могу сейчас полностью разрушить получившийся клубок потоков. Но почти наверняка задену девочку. Поэтому буду действовать постепенно. На все надо время. Если будем дольше тянуть время, то народ потянется на выход, да в туалет кому-то понадобится. Дети же! Поэтому спектакль на сцене продолжаем.
Но Снегуркой будешь ты, Анфиска. Вот сценарий (откуда-то из воздуха Яга вынула несколько листов бумаги), прочитай. Ты же хорошо читаешь?
— Конечно, матушка, — пискнула Анфиска.
— Там совсем немного. Сначала прочитай досюда. Там у тебя буквально две фразы. Потом Кощей тебя украдет, и ты за кулисами дочитаешь до конца. Там тоже, в основном, радость придется изображать, что освободилась.
Главную идею ты знаешь, не в первый раз участвуешь в спектаклях. На сцене не задерживайся. Свои слова скажешь, и Кощей тебя утащит. Не теряйся. Рядом с тобой невидимым будет мой домовой Веник с текстом спектакля. Если вдруг растеряешься, он тебе слова подскажет. Но ты не растеряешься, я в тебя верю. Веник, слышал?
— Слышал, матушка, — раздалось из стены.