— Потому что в следующем месяце будет суд над теми придурками, которых он поймал.
— Какими придурками? — тут же заинтересовалась я.
— Которые наркотики в нашей школе продавали, — сообщит брюнет.
Остальное уже было делом техники. Я позвонила Саше, он навел справки по своим каналам и к вечеру мы совершенно ясно понимали, кто и почему пытается запугать нашего Никитина.
У меня просто камень с души свалился. Не то чтобы добытая информация решала все проблемы, но теперь многое становилось понятным. Например, было ясно, с чем мы имеем дело и когда все это закончится. А еще то, что Вика Мышкина встретила, наконец, достойного мужчину.
Вот так. Хватило одного дня. Утром лечу обратно в Лос-Анджелес. Теперь можно ехать в отель, но сначала… Сначала я закажу себе еще чашку этого волшебного кофе. Кто знает, когда снова попаду в Сиэтл?
Не успела я сделать глоток, как зазвонил мой мобильный. Максим Мерцалов, мой бывший муж и ведущий нашего канала. Интересно, что ему понадобилось?
— Привет! Я слышал, ты упорхнула в Сиэтл?
— Всегда мечтала тут побывать. Люблю медицинский сериал «Анатомия страсти», а там как раз действие в Сиэтле происходит. А еще тут обалденный кофе.
Мерцалов рассмеялся.
— Да нет, ты явно что-то задумала, но сейчас не об этом. У меня серьезный разговор. Тебе удобно говорить?
— Вполне, я как раз сейчас наслаждаюсь местным кофе.
— Вопрос деликатный. Надеюсь, понимаешь. Впрочем, я знаю, что тебе можно доверять. Я когда прилетал к вам на проект, там была одна девушка…
— Тоже мне, тайна. Удивил. Я знаю, о ком ты говоришь. Каролина?
— Нет.
— Так. Вот теперь становится интересно. Кто тогда?
— Лена Абрамова.
Я изумилась. Представить себе не могла, что Максим Мерцалов может ей заинтересоваться.
— Лена. Саксофонистка?..
— Да. Что у нее с Никитиным, как тебе кажется?
— Никитин влюблен в Вику. И это уже не секрет. Вообще, ты увидишь эфир на этой неделе, у нас много тут всего случилось. Лена классная. Добрая, умная, талантливая, настоящая. Правда, она говорила как-то на съемках, что к детям пока не готова. Но учитывая ее историю, это можно понять.
— Да… Она когда мне обо всем рассказывала, я подумал, сколько же всего пережила эта девочка. Так хочется ее обнять и не отпускать. Вот просто почувствовал, что это моя женщина.
— Знаешь, мы все над твоим сюжетом плакали… Значит, влюбился, Макс?
— Смешно, наверное, звучит. Даже не думал, что могут быть такие эмоции в моем возрасте.
— Ты серьезна — не по годам. Мало прожито. Много боли. Можно я тебя не отдам никому, заслонив собою?
Я уже ревела в три ручья. В Сиэтле. На Рыбном рынке. Над новой любовью бывшего мужа к саксофонистке из детдома.
— Понимаешь, да?
— Да… Это она, Макс. Я чувствую.
Глава 40