Я пыталась хоть как-то осмыслить происходящее, но это плохо получалось.
— Выходит, я совсем ничего о тебе не знаю. О тебе настоящем.
— Это не совсем так. Ты тот человек, который видит суть вещей, а не их оболочку. Все это время я был рядом с тобой. Разве важно, какой фантик у конфеты? Ты была в моем любимом кафе, познакомилась с моими учениками, ты даже письма их читала. Ты знаешь Злату. Что еще? Еще, пожалуй, Сиэтл. Я покажу его тебе как только смогу.
— Но ты мог сказать мне тогда, когда мы ели пончики, вдвоем, без камер. Когда я нашла письмо.
— Но я обещал брату. И от меня зависели карьеры Аси, Жени и Олега. Не говоря уже о том, что Андрей Истомин, инвестор проекта и муж Жени, наш с братом хороший приятель. И я не знал, как ты ко мне относишься. Как будешь относиться, когда узнаешь обо всем. Симпатия между людьми — не то, чем можно управлять. Наши чувства только зарождались, и я решил дать им возможность развиваться свободно. Пойми, я пришел на этот проект совсем с другими целями, я не ожидал найти здесь свою любовь. Но ты — моя мечта. Твоя душа, стремление к простоте и покою, доброта, отношение к детям. И при этом ты потрясающе красива. Я просто не мог тебя отпустить. Понимаю, что ты не ожидала такого. Возможно, тебе надо подумать…
— Я думаю, нам надо угостить чем-нибудь твоих маленьких друзей. Здесь есть кафе?
— Здесь замечательный магазин мороженого.
— Тогда мы идем туда.
Дети столпились у витрины.
— Только по одному! — командовал Афанасий.
Я поймала на себе его взгляд, полный любви и нежности.
— Почему ты решил рассказать обо всем сейчас?
— Потому что мне угрожают. Причем я понимаю, кто и почему. Сначала мы думали, что стреляли, приняв меня за брата, и он требовал прекращения проекта. Потом арестовали подозреваемого в покушении. Но теперь выяснилось, что и тогда я схлопотал свою пулю, она предназначалась мне. Я не знаю, что будет дальше. Возможно, мне придется покинуть шоу. В любом случае, ты должна узнать обо всем от меня.
Нам разрешили самим накладывать детям мороженое в стаканчики. Они подбегали к нам и говорили, кто с каким вкусом и наполнителем хочет, а мы с Никитиным орудовали ложками.
— Но дети догадались первыми, да? Они вычислили тебя?
— Да. Наши ученики знают нас гораздо лучше, чем все остальные. Их так просто не проведешь. Догадались по крошечному детскому шраму на тыльной стороне ладони, я им его показывал и рассказывал, как заработал его, удирая от соседских мальчишек.
— А у тебя есть свои дети? Ты когда-нибудь был женат?
— Нет. Но детей очень хочу.
Потом мы ехали в открытых вагончиках по рельсам, наслаждаясь прекрасным видом на пальмы и океан. Неслись вниз и кричали вместе с детьми.
— Это было лучшее групповое свидание… — призналась я. — Как Рождество или День рождения.
Он явно ждал, что я скажу что-то еще. Как-то отреагирую на то, что он рассказал мне сегодня. Теперь все для меня встало на свои места. Все его поступки и действия казались логичными.
— Знаешь… Таким ты нравишься мне еще больше…Я так боялась, что окажется, что мы очень разные, и просто не сможем быть вместе за пределами шоу. Я не могла себе представить эту жизнь с миллиардером. По крайней мере, представить ее счастливой и спокойной.
— А я сразу видел, как мы похожи. Я знал, что если смогу тебе понравиться, то мы будем вместе. Еще тогда, в бассейне…
— …Наш первый поцелуй.
— Повторим?..
Глава 38
Мы встретились у бассейна. Там же, где проходило наше первое свидание. Стол был накрыт на двоих, играла классическая музыка.
— Здесь нет камер, — сказал Афанасий. — Ни одной. И Олег Дворнягин не имеет ни малейшего отношения к этому свиданию. Сегодня все сделал я сам. И ужин для тебя приготовил. Правда, это всего лишь курица с овощами.
— Очень люблю курицу и овощи! Значит, это свидание настоящее?