— Ну, а если дать Владлена в наставники Кириллу? — деловито предложила Елена, поглядывая на непривычно молчаливого сына. — Ему тоже стоило бы поучиться контролю и порядку…
Олег хлопнул ладонью по столу и строго прервал ее.
— Пока он не станет более дисциплинированным, ни о каких наставниках и речи быть не может! Я не буду так позориться, отдавая совершенно незрелого желторотого птенца на воспитание ястребам!
Владлен спрятал улыбку за стопкой тутовой водки. Ему, конечно, было приятно, что его сравнили с ястребом, но Олег говорил с таким апломбом, что становилось смешно и даже неловко.
Да уж, друг открывался для него совершенно с иной стороны. Парвеню{?}[ — выскочка, человек из средних классов, добившийся доступа в аристократическую среду или быстро достигший высокого служебного положения. ] да и только!
И этот шикарный особняк в три этажа, и эта прислуга, и эти пафосные речи! Тошно…
Кирилл тоже злился, но если раньше он молчал, то теперь, окончательно охваченный бешенством, захмелевший, с исказившимся лицом, запинаясь, процедил:
— Конечно, я у тебя и незрелый, и желторотый, и вообще позорище!..
— Молчи, Кирилл, — шикнула мать и поджала губы в недовольстве. Но парня было уже не остановить.
— А что, мама, скажи мне, как я могу научиться хоть чему-нибудь, когда он отказывается меня учить?!
— Этот разговор не для ужина! — сдержанно заметила Елена и смущенно покосилась на Владлена. Она уже открыла рот, видимо, чтобы рассыпаться в извинениях, но гнев Кира вдруг обрушился на Антонину, которая убирала со стола грязные тарелки.
— А ты вообще уйди отсюда! Что ты мелькаешь?
Женщина вопросительно взглянула на мрачного Олега, который никак на это не отреагировал, закрывшись от всех эмоционально, а потом отстранилась, неуклюже потопталась на месте, совсем растерявшись.
Владлену стало ее жалко, но он не знал, имеет ли право вмешиваться. Киру хотелось отвесить смачную пощечину, хотя он понимал, что его агрессия вполне может быть последствием «отходов» от наркотика.
— Ладно, — нервно рассмеялась Елена, всплеснув пухлыми ладонями, — давайте мы переведем разговор на другую тему.
— Ну уж нет, мама! Вы сами это начали, так давайте, объясните мне, почему я принимаю меньшее участие в жизни бизнеса, чем какой-то лакей!
— Кирилл! — отчаянно воскликнула Елена, округлившимися глазами глядя на разошедшегося сына. — Мы же просили тебя не…
— Да-да, не называть эту служанку в штанах лакеем, дворецким, челядью, прислугой, батраком. Сошлись на сенешале, я помню!.. Только все равно понять не могу, почему он помогает папе с бизнесом, а я нет!
Владлен почувствовал непреодолимое желание сползти под стол и там спрятаться. Едва ли не брызгая слюной, мать с сыном орали друг на друга, обвиняя во всех смертных грехах. Налет аристократизма сполз с них, как дешевая позолота, обнажая обыкновенных скандальных людей, которые по какому-то божественному замыслу, видимо, сказочно разбогатели.
Антонина еще немного постояла, глядя на это безобразие, а потом убежала на кухню, и спустя всего пару секунд в столовую медленно вошел Алексей, который к подобному давно привык, если судить по его невозмутимости.
Даже не стуча посудой, он принялся неторопливо убирать со стола грязные тарелки.
— Вот, явился! — рявкнул Кир, не сводя с сенешаля пристального презрительного взгляда. — Пришел послушать?
То, что мужчина оставался столь величественно спокойным, еще сильнее оскорбляло его самолюбие
— Не трогай ты его! — возмущенно воскликнула Елена. — Алексей знает немецкий и французский язык! Он помогает отцу с документами!
— А я знаю английский, — продолжал Кирилл, — и уж в документах я разбираюсь получше некоторой прислуги! Это я учился в лучшем ВУЗе США, а не он! Я получил диплом юриста!..
Владлен перевел взгляд на Алексея, который, продолжая складывать тарелки на поднос, внимательно слушал, иногда кидая на сына хозяина быстрые взгляды.
— Чего ты молчишь?! — отчаянно вскрикнул Кир, обращаясь к нему. — Сказать нечего?
— Что вы хотите от меня услышать? — задумчивым тоном поинтересовался Алексей, выпрямляясь в полный рост и опираясь руками на спинку свободного стула.
— Откуда ты такой умный взялся? Кто ты вообще такой?..
— Кирилл! — попыталась отдернуть его мать, но сенешаль только покорно склонил голову и произнес таким покровительственным тоном, что Владлен еще сильнее его зауважал.