— назначения Сталина главой советского правительства,
— его знаменитой речи 5 мая 1941 г. перед выпускниками военных академий, поставившей на уши едва ли не все посольства в Москве,
— и взбудоражившего весь мир перелета заместителя Гитлера по партии, наци № 2 Рудольфа Гесса в Англию,
— резкого нарастания угрозы скорого в ближайшем же будущем вооруженного столкновения с гитлеровской Германией.
Соответственно подавляющая часть смысла такого послания была связана с внешнеполитическими проблемами конкретного отрезка времени того периода. В частности, антианглийские выпады в этой статье Сталина получили новое звучание в той конкретной обстановке. Проще говоря, тем самым Сталин пока еще тонким, но вполне прозрачным намеком на очевидные толстые обстоятельства попытался дать понять Англии, чтобы она не шалила и не использовала факт прилета Гесса для провоцирования дальнейшего усиления агрессивной активности Гитлера, интенсивно сосредотачивавшего свои войска в непосредственной близости от советских границ.
[Как «шалила» Англия в то время — безудержно активно и крупномасштабно — выше уже было показано.]
Кроме того, в той конкретной обстановке послание четко показывало Англии, что не следует использовать балканскую проблему для антисоветских и антироссийских действий. Прежде всего, потому что Советский Союз не преследует цели использовать против Англии Балканы, которые со времен постройки Суэцкого канала Лондон рассматривал как ближайший подступ к самому сердцу своей колониальной империи — Индии.
Одновременно это было послание и самому фюреру. И в той конкретной ситуации смысл послания сводился к тому, что Берлину дали понять, что Москва отлично понимает, что в своих агрессивных устремлениях на Восток Третий рейх действует не самостоятельно, а как готовый уничтожить «русское варварство» подрядчик Запада, прежде всего Англии (и США тоже).
Более того, учитывая события на Балканах, Сталин тем самым одновременно давал понять и Гитлеру, что не стоит переоценивать стремление СССР к Балканам. В том числе не стоит переоценивать и последние — апрельские 1941 г. — события в Югославии.
Здесь надо отчетливо иметь в виду, что в тот конкретный период времени у Сталина была одна сверхзадача — не унижая достоинства СССР и не унижаясь самому, любыми путями, средствами и методами оттянуть насколько возможно отчетливо осознаваемую им неминуемую неизбежность нападения Германии на СССР в самом ближайшем тогда будущем и одновременно не допустить, чтобы СССР был бы представлен в роли якобы агрессора, чем постоянно Запад пугал Гитлера, стремясь поскорее стравить СССР и Третий рейх в смертельной схватке. О других целях этой знаковой публикации будет сказано в другой главе.
Глава 3
«Спасибо» Бенито Муссолини, острому дефициту зерновых резервов Германии, или Почему Гитлер выбрал именно июнь 1941 г. для нападения на СССР?
Уважаемые читатели едва ли запамятовали о том, что выше уже цитировалось заявление Гитлера от 31 июля 1940 г. Тогда автор сознательно опустил в этой цитате одну короткую фразу, которую теперь возвращает на законное место, — она подчеркнута: «Если Россия будет разгромлена, Англия потеряет последнюю надежду. Тогда господствовать в Европе и на Балканах будет Германия… Чем скорее мы разобьем Россию, тем лучше. Операция будет иметь смысл только в том случае, если мы одним стремительным ударом разгромим все государство целиком… Начало — май 1941 года. Продолжительность операции — пять месяцев»[167]. И в итоге первоначально разработка плана агрессии против СССР действительно ориентировалась на май месяц 1941 г. Проще говоря, первоначально Гитлер действительно планировал напасть на СССР именно в мае месяце!
Но тут некстати — по мнению Гитлера — «медвежью услугу» фюреру оказал его ближайший союзник в Европе Б. Муссолини, наглухо увязший в своей греческой авантюре. Точнее, военная операция дуче в Греции, начатая им 28 октября 1940 г., затянулась и Гитлеру пришлось задуматься об организации помощи «славно» обделавшимся в блицкриге против греков «легионерам» Муссолини…
Дело в том, что агрессия фашистской Италии против Греции, крайне неудачный для «макаронников» ее ход и исход (а что можно было ожидать от «макаронников», если даже немцы шутили, что у итальянских танков пять скоростей назад и только одна — вперед), фактически создали на Балканах новую ситуацию. Именно это обстоятельство стало катализатором резкой активизации политики Германии в этом регионе, и Гитлер решил воспользоваться складывающейся ситуацией, чтобы под предлогом оказания действенной помощи терпящему поражение союзнику закрепиться на балканском плацдарме — прикрыть свой тыл от англичан на Балканах! И уже 12 ноября 1940 г. фюрер подписал директиву № 18 о подготовке «в случае необходимости» операции против Северной Греции с территории Болгарии. В этих целях директивой предусматривалось создание на Балканах, прежде всего в Румынии, группировки немецких войск в составе не менее 10 дивизий вермахта. А параллельно шла разработка плана агрессии против СССР.
Замысел операции в помощь Италии дорабатывался и уточнялся и в ноябре, и в декабре 1940 г., причем все расчеты увязывались с параллельной разработкой операции «Вариант Барбаросса», и свое окончательное оформление получил в директиве № 20 от 13 декабря 1940 г., получившей название операция «Марита» (небезынтересно отметить гомосексуальный юмор фюрера — на латыни marita означает «супруга»). Директивой были определены не только задачи по оккупации всей Греции силами уже 24 дивизий, но и поставлено требование своевременно высвободить привлеченные для операции против Греции силы для выполнения «новых задач». А 18 декабря 1940 г., как известно, на свет появилась директива № 21 — «Вариант Барбаросса». К моменту ее утверждения педантичные немцы уже просчитали, что ни хрена у них не выйдет подготовиться так, чтобы нападение на СССР осуществить уже в мае 1941 г. Именно поэтому-то от высказанного фюрером еще 31 июля 1940 г. пожелания начать операцию против СССР в мае 1941 г. осталось только следующее упоминание — «приготовления, требующие более продолжительного времени, которые, если они еще не начались, следует начать уже сейчас и закончить к 15.5.41 г.».
А далее разрабатывалась еще более важная директива германского военного командования, в соответствии с которой и должно было проходить развертывание вермахта на границе с СССР — та самая, что датирована 31 января 1941 г. «Директива по стратегическому сосредоточению и развертыванию войск («Вариант Барбаросса»)». К моменту завершения ее разработки педантичные немцы еще раз все просчитали и пришли к выводу, что раньше июня они не смогут начать операцию против СССР, в связи с чем именно в этой директиве впервые письменно и была указана дата нападения: «Подготовительные работы нужно провести таким образом, чтобы наступление (день “Б”) могло быть начато 21.6.»!
Проще говоря, именно дуче Италии — Бенито Муссолини, точнее, его бездарная военная операция на Балканах против Греции, которую он начал 28 октября 1940 г., явилась одной из тех непосредственных причин, в силу которых Гитлер в итоге вынужден был определить время нападения на СССР на июнь 1941 г. Причем еще на стадии разработки плана агрессии.
Но есть еще одна, еще более важная причина, вынудившая Гитлера утвердиться в своем решении осуществить нападение на СССР в июне 1941 г. Сыгравший одну из решающих ролей в переносе времени нападения от пожеланий фюрера с мая на июнь фактор давно известен, но по какой-то странной причине практически всегда находится в тени, не привлекает особого внимания и практически никогда не принимается в расчет, по крайней мере всерьез. А зря, ибо речь идет об очень тяжелом продовольственном положении Германии на рубеже 1940–1941 гг. Ведь в 1941 г. Третий рейх вступал при полном отсутствии национальных зерновых резервов[168], о чем, кстати говоря, в подробностях было известно советскому руководству по донесениям разведки.
И когда в Берлине окончательно решался вопрос о времени военного выступления против СССР, то в расчет времени нападения было принято также и то обстоятельство, что необходимо захватить зерновые посевы Советского Союза, пока они еще зеленые, чтобы Советы не смогли бы их поджечь. Советские разведывательные службы неоднократно об этом сообщали. А сделать это было возможно только в июне — потому как посевная в европейской части СССР заканчивается в первой декаде июня. В мае такого эффекта добиться невозможно, потому что озимые только-только просыпаются, а сев яровых только-только начинается. Причем все это еще очень сильно зависит от погодных условий, точно прогнозировать которые на полгода вперед не могут даже в наше время, несмотря на всю техническую и интеллектуальную мощь современных метеослужб. А уж в те времена — тем более. Еще зелеными посевы озимых и яровых могут оставаться только до конца июня, максимум в стадии негорючей молочновосковой спелости (в первую очередь это касается озимых).
Именно этот фактор и сыграл одну из решающих ролей в переносе времени нападения, наряду, естественно, с другими, выше уже упомянутыми. Уж что-что, но заранее учитывать экономические цели своей агрессии и просчитывать экономический эффект от своего военного бандитизма немцы умели, как никто другой.
Так что если уж всерьез говорить о каком-то переносе времени нападения, именно времени, то он действительно имел место, но только еще на стадии разработки плана агрессии против СССР. То есть в период с ноября — декабря 40-го по январь 41-го включительно! Реальные причины, заставившие передвинуть время нападения на июнь, были показаны.
А вот с момента утверждения директив от 18 декабря 1940 г. и особенно от 31 января 1941 г. — никаких радикальных переносов времени нападения не имело место быть!
Любые иные утверждения на этот счет в наше время — абсолютная ложь в силу нежелания тщательно вникать в содержание давным-давно опубликованных документов!
Что же касается того, почему в итоге Гитлер назначил нападение именно на 3.00 утра (по берлинскому времени) 22 июня датой нападения на СССР, а не оставил 21 июня, то в качестве возможно имевших какое-то значение для фюрера и формально якобы очевидных ответов можно привести два:
1. Это день летнего равноденствия, самый длинный световой день в году, когда очень рано всходит солнце, и соответственно боевые действия можно вести примерно 16–18 часов, так как заход солнца очень поздний.
2. По законам СССР, о чем Гитлеру было известно, воскресенье в то время было единственным выходным днем в СССР, когда практически все население и даже вооруженные силы находятся в более расслабленном состоянии, в связи с чем их легче застать врасплох. Увы, частично гитлеровцам удалось это, но не из-за их собственной хитрости, впрочем, не будем забегать вперед.
В какой-то мере, но лишь частично следует также иметь в виду, что Гитлер мнил себя Наполеоном — его ведь даже так и называли в Европе — «воскресший Бонапарт». Правда, этот австрийский баран во главе Германии никак не учитывал, что того, настоящего Бонапарта, как понесло в «Дранг нах Остен Криг», кстати, почти в тот же день и практически с того же рубежа, так и стремительно вынесло из России: остатки его «великой» армии — вперед ногами, его самого — впереди собственного визга и страха за собственную шкуру. Кстати говоря, давно опубликованные данные о военном планировании Гитлера свидетельствуют, что вообще-то напасть на СССР Гитлер предполагал не ранее 1942–1943 гг. Собственно говоря, похоже, что именно с этим сроком и были связаны как ожидания Сталина, так и его отчаянные попытки как можно более оттянуть время нападения, о чем он впоследствии не раз говорил. Однако, когда стало окончательно ясно, что уже в самое ближайшее время войны с Германией не избежать, то основные политические усилия Сталина плавно перетекли в плоскость максимального — насколько было возможно в то время — предотвращения формирования из СССР образа якобы агрессора, чем Запад непрерывно пугал Гитлера, стремясь поскорее стравить СССР и Третий рейх в смертельной схватке. Особенно усердствовала на этой отнюдь не самой благородной стезе Англия, особенно ее разведка, а англо-американская пресса по всему миру раздувала невероятный по своей визгливости вой на эту же тему.
С этими сроками были связаны и планы окончания перевооружения и реорганизации РККА, подготовки ТВД, включая и строительство «линии Молотова», которую спланировали и начали строить еще в конце лета 1940 г.! И кто знает, как тогда все обернулось бы, если РККА завершила бы свое перевооружение и реорганизации, если в строю были бы реально полностью боеготовые механизированные корпуса, ВВС в полном объеме обладали бы новейшими, хорошо освоенными летным составом истребителями, штурмовиками и бомбардировщиками и т. д.?! Кстати говоря, в своих заявлениях по случаю нападения на СССР Гитлер и Риббентроп откровенно выдали свой неподдельный страх перед ясно осознаваемым ими таким результатом перевооружения и реорганизации РККА, о чем скажем в одной из последующих глав.
Увы, но это понимали не только главари Третьего рейха, но и их западные покровители. Именно они и именно поэтому стали негласно поторапливать фюрера с нападением на СССР. Сдали ему Рейнскую область, сдали Австрию, Чехословакию, предали Польшу, лишь бы только у Германии сложилась общая с СССР граница, с рубежа которой легче нападать, да и сами ляхи не без удовольствия быстренько легли под Гитлера, сдали Францию, Голландию, Бельгию, Данию, Норвегию, Люксембург, короче говоря, кого только не сдали и не предали фюреру, лишь бы только он и Германия были бы как следует накачены в военно-экономическом смысле, чтобы поскорее всей мощью могли бы обрушиться на СССР! А уж сколько европейских ублюдков, негодяев и подонков встало под знамена Третьего рейха — уж и не говорю! Вся мразь со всей Европы, даже из нейтральных, казалось бы, стран…
А мерзавец Черчилль, прекрасно зная, что Гитлер вот-вот нападет на СССР, все равно планировал разбомбить кавказские и закавказские, прежде всего бакинские, нефтепромыслы, откуда Советский Союз получал в те времена более 86,5 % всей потребляемой в стране нефти, чтобы в век моторов у Советов не осталось бы нефти и нефтепродуктов для борьбы с агрессором[169]. Но не только их. Были запланированы бомбежки также и кавказских месторождений марганцевой руды. А ведь на Кавказе и в Закавказье (в Грузии, Чиатурское месторождение) добывалось 56,6 % марганцевой руды, без которой, при 100-процентной ориентированности металлургической промышленности
[167] Гальдер Ф. Военный дневник: Пер. с нем. М., 1969. Т. 2. С. 80–81.
[168] АП РФ. Ф. 45. On. 1. Д. 437. Л. 1—12.
[169] Безудержно возвеличиваемый на Западе, да и у нас тоже, особенно в среде т. н. «демократических историков», У. Черчилль на самом деле был еще тот подлец! Примерно за 8 месяцев до нападения Германии на СССР У. Черчилль лично провел одну очень грязную провокацию против СССР. Вот как ее описывает в своей посмертной книге «Разные дни тайной войны и дипломатии. 1941 год» П.А. Судоплатов: «Черчилль в секретном порядке обратился к Сталину с предложением отказаться от договоренностей с Германией и заключить военное соглашение с Лондоном против Гитлера в обмен на признание публично осуждаемой английскими правящими кругами советской оккупации Прибалтики, Восточной Польши и Северной Буковины. Таким образом, Черчилль наглядно подтвердил, что судьбы народов этих стран, политическое устройство западных районов СССР не более чем разменная монета в большой политической игре и что геополитические интересы Советского Союза в этом регионе законны и оправданны. Предложение англичан было явно провокационным, поскольку буквально через две-три недели британский Форин Оффис (МИД Англии. — А.М.) предал гласности секретное обращение Черчилля к советским властям в открытой печати с целью обострить и осложнить советско-германские отношения. По времени это совпало с известным визитом в Германию главы советского правительства Молотова в ноябре 1940 г.» (Судоплатов П.А. Разные дни тайной войны и дипломатии. 1941 год. М., 2001. С. 127–128). Ну а во время войны вся русофобия поперла из Черчилля фонтаном. Подписав с СССР союзные соглашения и заверяя Сталина в союзнической поддержке, У. Черчилль с первого же дня агрессии Германии против Советского Союза пустился во все тяжкие, пытаясь договориться с Гитлером. Британский посол в Анкаре уже 23 июня 1941 г. попытался вступить в тайные сепаратные переговоры с нацистским послом в Турции Ф. фон Паленом. В 1942 г. Черчилль даже подготовил секретный меморандум «Об Объединенной Европе», в котором призывал все европейские страны, включая и нацистскую Германию, объединиться для уничтожения России, хотя бы и советской. Более того, в 1942 г. даже вступил в секретные переговоры с гитлеровской Германией по сепаратному разделу территории и имущества СССР, о чем у нас мало знают (Платонов О.А. Тайная история России. XX век. Эпоха Сталина. М., 1996. С. 132–139). А уж о планах бомбардировки советских нефтеносных районов на Кавказе и в Закавказье, о попытках ввести на территорию СССР под видом оказания помощи британские войска и не говорю! И вот подлец и негодяй Черчилль — великий политик XX века, а вместе со своими солдатами уничтоживший фашизм и освободивший мир от коричневой чумы Сталин — злодей! До чего же подла и мерзка историческая память нашего общества! Какого-то забугорного деятеля-пьяницу и ярого русофоба восхваляют, а своего Великого Верховного Главнокомандующего втоптали в грязь!.. Да так втоптали в грязь, что, как однажды горько сыронизировал В.М. Молотов, у нас есть не только Могила Неизвестного Солдата, но и Неизвестный Верховный Главнокомандующий.