Кокаин: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ночера: Худощавая или полная?

Тито: Не очень похожая на амазонку и не слишком напоминающая ступу.

Главный редактор: Я знаю одну вдовушку очень милую и богатую. Вдова, что ты скажешь на это? Женщина по случаю, из вторых рук. Но все равно, что новая. Осталась вдовой после шести месяцев брачных уз. Впрочем, я думаю, что с женщинами надо поступать так же, как поступил Брумель с костюмами: когда они были новыми, заставлял слугу носить их. Кроме того, она обладает многими добродетелями и до того экономна, что, когда кончился траур, уложила все тряпки и сказала: пригодятся после второго мужа.

Ночера: А я советовал бы тебе жениться на проститутке. Конечно, не на проститутке с улицы, но из тех, что берут за визит двести лир. Действительность показала, что они бывают образцовыми женами. Если ты женишься на барышне из хорошей семьи, которая принесет тебе в приданое небольшую ренту и нетронутую мембрану, то она будет считать себя вправе держать тебя всю жизнь у своих ног в позе обожателя. Если же ты женишься на проститутке, то получишь в приданое меблированную квартиру и шкатулку с драгоценностями и аккуратно сложенными банкнотами.

Главный редактор: Проститутки не копят.

Ночера: Я сам экономен до скупости и могу заверить тебя, что это факт. Мужчину они заставляют сорить деньгами на всякие глупости, вроде корзины цветов, но, если сами получат случайно письмо с непогашенной маркой, то осторожно снимут ее и используют при первом же случае.

Тито: Это делают и порядочные женщины. Если женщина должна израсходовать двадцать сантимов, то в ее понятии это и есть двадцать сантимов, если же мужчина истратит на нее сто лир, то в ее глазах это все равно, что билет от трамвая. Более резкие случаи скряжничества наблюдаются именно между женщинами.

Продолжай!

Ночера: У проститутки, на которой ты женишься, будут деньги, которые ты не обязан, ради сохранения собственного престижа, раздавать бедным своего прихода. Пожалуй, ты это и сделаешь, но потом потеряешь всякую охоту: деньги пачкают руки, когда они есть в небольшом количестве, когда же их много, то они моют руки; к счастью, на деньгах имеются только две подписи: главного директора банка и главного кассира, те же, которые платят женщине, не присоединяют своей подписи к этим двум, поэтому достоинство твое остается незапятнанным. Так как она зарабатывает деньги приятным трудом, то поймет, что и твои чего-нибудь да стоят; этого никогда не поймет барышня из хорошего дома.

Твоя жена, если ты женишься на той, о которой я говорю тебе, испытала уже все радости и все ее самые дикие капризы будут уже позади: ни вилла в Люцерне, ни яхта в Ницце, ни шикарный автомобиль не будут доставлять ей большого удовольствия. У нее будет тяготение к простоте Цинцината[15]. Вместо того, чтобы говорить тебе каждый день: «Знаешь, милый, что ты должен купить мне?», она будет советовать тебе: «Не делай, дорогой, никаких бесполезных трат!»

Как барышня из прекрасной семьи, так и куртизанка, без сомнения, сделают тебя рогоносцем.

Но в этом будет громадная разница: барышня будет обманывать тебя скандальным образом, это будет целая феерия, причем как ты, так и все прочие, будут в этом виноваты.

Так как она не будет обладать достаточным знанием мужчин, то ей покажется, что этот дурак (потому что влюбится она непременно в дурака) представляет из себя нечто необыкновенное. И, если он скажет ей, что ты последний дурак, она поверит ему на слово и поможет ему выставить тебя в смешном свете перед всеми знакомыми.

Тогда как проститутка будет обманывать тебя изящно, по плану, с оглядкой, стильно, с тактом и благородством. Так как она знает толк в мужчинах, то сделает математическую выкладку и взвесит твои и его достоинства, барышня же из хорошей семьи будет знать только двоих мужчин: тебя и его.

Барышня, сделав тебя рогоносцем, будет смеяться над твоим положением, потому что все, проделанное ею, в ее мнении окажется чем-то оригинальным, небывалым.

Проститутка же не будет смеяться, потому что она понимает, что это вполне естественно, нормально, повседневно.

Барышня будет претендовать на то, чтобы ты помогал ее любовнику: одолжал ему деньги без отдачи, поддерживал его в затруднительных обстоятельствах.

Проститутка не будет обязывать тебя к этому, ибо она привыкла получать от мужчин деньги, а не давать их им.

Твоя жена не будет принята в обществе; зато у тебя не будет необходимости делать неприятные знакомства, отвечать на визиты и потеть в залах благородных особ.

Будешь принимать в своем доме людей симпатичных и без предрассудков, как мы, которые не будут раздражать и говорить о предметах мало кому понятных, потому что с бывшей проституткой нет надобности облачать слова в непромокаемый плащ: никакой вульгарности тоже никто не позволит себе, потому что эта проститутка стала твоей женой.

Такая женщина никогда не отвергнет твоих желаний.

Тито: Ни одна жена не отказывает.

Неизвестный человек: Тебе так кажется, но есть жены, которые говорят: «Нет, милый, только не сегодня».

Ночера: Она не сможет отказать под предлогом усталости, потому что ты скажешь: «Как? Ведь было время, когда ты принимала по двадцать мужчин в день?»

Если же сам ты будешь уставши, то можешь сказать ей: «Неужели после такой трудолюбивой жизни тебе еще недостаточно?»

Ты можешь ссылаться на какое тебе угодно число любовников. Если же она запротестует, заткнешь ей рот любым мужским именем, которое придет тебе на ум.

Барышня из хорошей семьи никогда не потрудится скрыть свое дурное настроение или сплин, и ты должен будешь переносить приступы нервов, а в минуты интимности станет проявлять или безразличие, или неудовольствие.

Проститутка же, привыкшая симулировать все все свои чувства, дает тебе иллюзию наслаждения даже в том случае, если в этот день умерли от желтой лихорадки ее отец и мать.

Она сумеет сохранить себя красивой до старости, потому что красота неотъемлемая принадлежность ее промысла, и она должна была научиться всем секретам сохранять ее.

Возможно, что с ней случится то же, что бывает с театральными комиками в отставке, которые вдруг возвращаются на сцену и терпят фиаско, но этому никто не удивится и никто не перестанет уважать тебя. Ибо это ее настоящее призвание.

[15] Цинциннат, призванный от сохи (Ливии, 3:26). (Д. Т.)