— А вы заколебали называть меня Алексом! — крикнул я и как бы нечаянно передернул затвор Сайги. — Я вам уже говорил!
— Эээ! Паакуратнэй, Саща, успакойса да… — вмешался в диалог чечен, целясь в мой лоб из огромного револьвера.
— Я спокоен, как волк, — ответил я.
— Вот и харащо. — Револьвер исчез, и я успокоился на самом деле.
Не доезжая до базы, мы тормознулись возле кафешки, чтоб размять свои ноги и купить беляшей. Мочило сильным дождём. Из всех машин повылазили люди. Стали курить, посмеиваться, покупать беляши, минералку. Для важных людей из столицы, это, наверно, экзотика. А может, вспомнили молодость? Я смотрел на них с любопытством. Все они были в камуфляже (кроме шлюх), и я не знал, кто из них реально что-то решает, а кто просто шестерка.
В этот миг я чуть не подавился папиросой.
Ебать-колотить! Да с ними ж Стас Михайлов! Он стоял в сторонке от остальных олигархов и, невзирая на дождь, задумчиво пускал из ноздрей дым табака.
— Босс… эээ, то есть, Вениамин Садкович! — позвал я.
— Чего тебе, Александр? Не видишь, я ем, блять? — Кидая с ладони на ладонь, перегретый в микроволновке жирный беляш, босс откусывал от этой шняги кусочки.
— А че тут Стасу надо?
— Где? А… да хуй его знает… наверно, взяли его, чтоб пел. Будешь беляш? Я что-то уже не хочу… — босс протянул мне половинку.
— Похуй, давайте…
Все начали трамбоваться по своим машинам. И тут к нам в тачку постучалась тетка. Вся мокрая, грязная, с ребенком на руках и здоровой сумкой на плече.
Босс недовольно приспустил стекло:
— Ну чего еще?
— Извините, вы нас не подкинете до КОндопоги? — быстро-быстро забормотала она.
Я подвинулся на сидении. Мы все равно ехали в ту сторону.
— Нет, — ответил босс. — Не подкинем.
— Ну, пожалуйста! Нас выселили! Из-под Олонца вот идём… всё пешком! — она вцепилась в дверь, как зомби в край могильной плиты.
— Ты, сучька, глухая да? — рявкнул Умар. — Атпусти дверь, шлюха, а то пристрилю нахуй тибя и виблядка тваего рэзать на ремни!
Босс заржал, как свинья. Женщина дёрнулась и отошла. Мы поехали.
— Скорей, скорей бы отчистить эту страну от всякого быдла! Правда, Умарчик?
— Я рюских убивал и буду убиват, так отец мой и дед завещал… А рюсские сами просрали сваю страну, рэзать их надо… итак рэжэм понэмногу, как овэц…
— Да, зажралось быдло, пора и подрезать жирок! Верно мыслишь, Умар. Кредиты, телевизор, купи-продай, супермаркеты вместо оборонных заводов. Пиздец рашке. А я жалеть не буду. Детишки за бугром, бизнес там…
— Если рюский позволяет себя ебат, его каждый будэт ебат, хэ-хэ-хэ!
— Ха-ха-ха!
— А ты пачиму малчищь, Саща? — обернулся вдруг горец. — Не согласэн разве, э?
Да я молчал, потому что просто охреневал от их слов! Ладно, этот нохча берега попутал в своих горах, но блядь и босс туда же! Я не мог поверить в полученную информацию. Россия ведь поднимается с колен! Сейчас же не голодные девяностые! Вся страна живёт хорошо! Ночные клубы, беззаботные девчонки… заработать сейчас везде можно, если голова варит. Злость закипала в моем сердце. Почему они всех русских быдлом называют? В моем понимании быдло — это тот, кто квасит беспробудно где-нибудь в деревне и не может даже простенький бизнес наладить. Все, кто поумнее, в города свалили и мутят себе вполне успешно.
Я покрепче сжал Сайгу.
— Да так, задумался… медведей охота пострелять! — улыбнулся я. — Там будут медведи, босс?