Вход в купол, оставшийся за спинами Пожирателей Миров, закрыла плита из такого же кристалла, которая без заметного шва слилась с окружающей стеной. По залу разнеслись приглушенные вздохи, и визоры космодесантников зазвенели и замигали сигналами, как только авточувства обнаружили изменение окружающей среды.
— Атмосфера, — сообщил Оронт.
И в следующее мгновение посольство явило себя.
2
Там, где всего миг назад никого не было, теперь стояла троица практически идентичных фигур. Трое мужчин, не носившие ни доспехов, ни оружия, высоко запрокинули головы, чтобы с добротой и спокойствием взглянуть на керамитовые шлемы Пожирателей Миров.
— Добро пожаловать, — произнес один из них тихим благозвучным голосом.
— Мы рады… — подхватил второй почти с такой же интонацией.
— …Что вы верно истолковали наше сообщение… — добавил третий.
— …И прибыли сюда на встречу с нами, — закончил первый.
Магон потянулся к горжету и отсоединил герметичные крепления шлема, ухватившись за маску, стянул его с головы и взял под локоть. Центурион хотел взглянуть на представителей 93–15 собственными глазами.
Перед ним стояли лишенные волос существа неопределенного пола, в сверкавших преломленным светом мантиях поверх тонких фигур. На их одежде отсутствовали какие-либо опознавательные знаки Империума Человечества или иных союзов. Каждый с идеальной точностью повторял движения других, начиная мерным, едва заметным колыханием груди и заканчивая легким морганием век. От послов исходило абсолютное спокойствие, немыслимое для любого смертного человека, узревшего легионеров так близко от себя. Офицер не уловил запаха страха, как и вообще какого-либо запаха.
— Меня зовут Магон, я центурион Двенадцатого легиона, Пожирателей Миров, на службе Повелителя Человечества. — На эти слова легионеры отозвались, одновременно ударив себя кулаком по груди, однако послы даже не вздрогнули от неожиданного громкого звука. — Назовите себя.
Послы синхронно улыбнулись, продемонстрировав белоснежные зубы.
— Меня зовут Уна, — ответил первый.
Центурион перевел взгляд на его спутников:
— А вас?
Все трое тихо засмеялись и ответили в один голос:
— Мы все — Уна.
Магон недобро сощурил серые глаза:
— Что сталось с имперским представительством? Почему сюда не явился регент Иктилеон, чтобы лично объяснить молчание планеты Девяносто три Пятнадцать?
— Девяносто три Пятнадцать, — тихо повторил Уна.
Послы вновь принялись заканчивать друг за друга фразы:
— Так ее называл регент…
— …Но наш дом называется иначе.
— Узрите! — Все вместе они воздели к небу руки, скрытые рукавами. — Это Генна.
— Наш дом.
— Семя, где мы переродимся и прорастем…
— …Чтобы рассеяться среди звезд.
+Им нельзя доверять.+
Центурион стиснул зубы. Мысль Тетиса пронзила разумы Пожирателей Миров подобно короткому приступу мигрени. Необузданному, могучему дару библиария недоставало тонкости, которую можно развить лишь за многие десятки лет обучения у Вориаса и других старших библиариев. От такого вторжения у центуриона закололо в глазах.