невозможно. Я… - его тираду прервал кулак Эбена, попавший по лицу Тариуса.
Эбен хмуро посмотрел на скулящего мужчину на земле.
- Заберите его, - сказал он стражам.
- Эбен, он не может уйти, - сказала Лили.
- Может. Спроси его, где его люди.
- Что?
- Посмотри на его ладони, Лили.
Она не видела его ладони. Тариус сжался, сунув ладони под руки.
- Что ты наделал, Тариус? – прошептала она.
- Они врали мне, - низко прорычал он. – Всю жизнь они льстили мне и заискивали
передо мной. Я был их способом выйти, тем, кто мог бороться с проклятием мага. Если
твои слова правда, то они зря меня тут держали! – его голос сорвался.
- Место рушится, - сказала Нейлан, - потому что не осталось живых под проклятием.
Слезы лились по щекам Тариуса. Синяк расцвел на его челюсти под бледной кожей.
- Магия – не единственное мое хобби. Это было без боли.
Растения. Лили не ошиблась, когда подумала, что Тариус – садовник.
Он посмотрел на пятна на своих ладонях.
- Они заслужили хотя бы должное место для упокоя. Мама просила бы.
Лили уткнулась лицом в плечо Гвен.
Эбен махнул стражам идти.
Тариус боролся, но магия ослабила его. Лили шла следом с девочками, и Орин
плелся за ними, держа за руки Руби и Рен.
Чем ближе они были к арке, тем сильнее сопротивлялся Тариус, рычал и извивался,
паникуя. Он еще не проходил под сломанными вратами, это была граница его мира всю
его жизнь. Он все еще не верил правде. Потому он хотел, чтобы она осталась с ним. Это
была одна из причин.
- Стойте, - сказала она.
Стражи остановились, Тариус притих.
- Отпусти его.
Стражи послушались, и Тариус не двигался. Она это знала.