Он опять исчез, а Эйвери, вновь испытывая почти невыносимую дрожь возбуждения, скользнула под простыни.
— Не прячься там слишком долго, принцесса. Этим утром нам надо идти на курсы массажа.
Помнишь Мелоди? Причину, по которой мы здесь? Пора прекращать игры и возвращаться к работе, солнышко.
Эйвери застонала и снова натянула простыню на голову, не зная, то ли проклинать ли себя за эту поездку, то ли благодарить Всевышнего за то, что вскоре коснется сексуального мужчины, мурлыкающего сейчас в ванной.
Завтрак не ослабил нервный комок в животе Эйвери. Когда они вышли из бунгало под теплое утреннее ямайское солнце, она чувствовала себя так, будто выпила слишком много кофе и слишком мало спала.
Остановившись на тропинке и дожидаясь Кейда, она глубоко вздохнула, приказывая себе с головой погрузиться в игру. Они пойдут на это занятие, Эйвери сыграет свою роль, они разговорят инструктора и выяснят, известно ли той что-нибудь о Мелоди. Вот и все. Эйвери не собиралась повторять прошлую ночь.
Кейд подошел к ней и убрал телефон в карман шортов.
— Готова?
— Конечно.
Она надвинула на глаза солнечные очки и направилась к СПА. Вверху и со стороны бассейна слышался шелест пальм, им вторили металлические барабаны и плеск воды. Это и правда красивое место — этого Эйвери отрицать не могла, — но увиденное прошлой ночью на задворках того клуба заставляло ее дважды оглядывать каждого встречного и думать, чем они занимались, когда она обезумела от возбуждения и ничего не замечала.
— Прошлой ночью у меня не было возможности рассказать тебе, — проговорил рядом Кейд, и его густой голос пробился сквозь ее возбуждение. В свободной футболке для дайвинга и низко сидящих шортах оперативник выглядел чертовски сексуально. — В «Эгиде» кое-что накопали на того парня из ресторана.
Сюрприз удался.
— Ты говорил с агентством еще до того, как я передала тебе слова бармена?
— Да.
Спортивные солнечные очки скрывали его глаза, но отвердевший подбородок подсказал Эйвери, что перед ней серьезный оперативник, а не игривый партнер, как раньше.
— Я заметил его еще до нашего ужина. На курорте парня знают как Андерсона, но его настоящее имя Алехандро Луис. Пуэрториканец, живет во Флориде. Ходят слухи, что он перевозит через Карибы наркотики для одного из крупнейших мексиканских картелей.
Эйвери застыла на месте:
— Что?
Кейд нахмурился, схватил ее за руку и потянул за собой:
— Не привлекай внимание.
Волоча ноги, чтобы не отстать от Блэквела, Эйвери спросила, силясь избежать дрожи в голосе:
— Наркотики? Ты уверен?
— Ямайка — это очаг торговых войн. Тот канат в бухте натянут не для защиты от любопытных пловцов, а для того, чтобы не допустить на курорт наркоторговцев.
Эйвери вспомнила о рыбацкой лодке, бросившей якорь возле каната вчера, когда она любовалась видом, и о паре пловцов, говоривших с мотористом.
— Я… Я и не представляла.
— Тем не менее, — тихо сказал Кейд, продолжая идти, — это объясняет, почему парню предоставляют здесь специальное обслуживание.
— Думаешь, он может быть связан с исчезновением Мелоди?
— Не знаю. — Кейд вновь стиснул зубы. Эйвери, не имея возможности прочитать выражение его глаз, скрытых темными стеклами, не могла догадаться, о чем он думает. — Возможно. Я тут похожу, поспрашиваю. И хочу, чтобы ты держала рот на замке.
Эйвери резко остановилась, на этот раз не от шока:
— Прошу прощения?