Грани безумия. Том 2: читать начало книги онлайн

Осталось надеяться на время, которое и впрямь иногда лечит, поэтому Лучано не сводил с Альса глаз почти неделю, и лишь на седьмой день отлучился, чтобы навестить Айлин. Кроме желания увидеть и ободрить синьорину, была у него еще одна цель. Похоже, попытки Саграсса объясниться с возлюбленной ничем хорошим не закончились. Боевик об этом говорить не желал – еще один благородный дорвенантский баран! – но на службу являлся грустным, на шутки Лучано улыбался через силу и вообще вел себя так, словно у него тоже умер кто-то близкий.

Между прочим, Лучано за эту неделю очень добросовестно обдумал свое обещание самому себе отравить Саграсса-старшего! Даже узнал его любимый трактир, откуда благородный синьор каждый день вываливался за полночь пьяным, как винная бочка, и полз домой, нечленораздельно угрожая кому-то невидимому, что «покажет им всем». Отправить его за Грань было бы легче легкого, работа не для старшего мастера, а для ученика, выпущенного из казармы поразмяться. Сначала Лучано подумал, что даже травить не надо, только на пару мгновений вынырнуть из темноты, поставить подножку, проследить, чтобы виском синьор приземлился на подходящий камушек – и снова исчезнуть во тьме. Ни один целитель ничего не распознает!

Но потом он вспомнил, что хотя Саграсс – боевой маг, однако некромантов среди знакомых у него тоже полно. Вдруг вызовет папеньку из Садов и расспросит об обстоятельствах смерти? Поди разбери, что там эта пьянь разглядит и запомнит? Нет, яд все-таки надежнее. Переодеться на один вечер, пройти мимо в трактире, задеть Саграсса-старшего рукой с зажатой между пальцами иголкой… Ну кого удивит, что у человека, хлещущего карвейн как воду, отказало сердце? Даже сам Лионель вряд ли что-то заподозрит. Пустяковое дело!

Почему он с этим тянул, Лучано и сам не мог понять, а потом вдруг сообразил, и его замутило от странного чувства беспомощности и вины. Он ведь и с Аластором хотел как лучше! Без раздумий убрал Беатрис руками Бастельеро, потому что хотел не только безопасности для себя с Айлин, но и свободы для Альса. Который вот-вот должен был прозреть и понять, в кого влюбился! Лучано хотел уберечь Аластора, помочь ему избежать разочарования и ужасной необходимости казнить Беатрис, если правда о покушении на Айлин выплывет наружу. И не жалел об этом! Даже не собирался!

Но сейчас, глядя на безутешного Альса, из которого будто вынули душу, не мог чистосердечно сказать самому себе, что поступил правильно. Да, нужно было защитить синьорину! И то, что Беатрис сделала с самим Лучано, прощать никак не следовало. Но Аластор… Если у него в сердце останется рана, которая так и не заживет, сможет ли он простить это? А если никогда не узнает, сможет ли это простить себе Лучано?!

И потому, пожалуй, с благородным синьором Саграссом-старшим торопиться не следовало. Нужно еще раз все обдумать, как бы не сделать хуже. Побольше разузнать про их семью, вдруг матушка Саграсса так искренне и сильно любит своего мерзавца-мужа, что его внезапная смерть способна погубить и почтенную синьору?! А если даже она его ненавидит, сердце, надорванное многолетними лишениями, способно разорваться как от внезапного испуга, так и от внезапной радости.

Так что Лучано решил подождать еще немного, а пока заняться действительно неотложным делом – узнать сердечные склонности синьорины Иоланды! Если эта милая девица тверда в своей привязанности, нужно попросить Альса оказать Лионелю протекцию. Уж королю в качестве свата ни один дворянин не откажет. А если и найдется такой безумец, Альс ведь может пожаловать Лионелю дворянство! Даже наследное, если пожелает. О, да Лучано ему собственный титул подарил бы, будь это возможно! Увы, только в Арлезе дворянство можно выиграть или проиграть в карты, а в Дорвенанте этого не поймут… Но сначала – Иоланда. Что она думает о Лионеле Саграссе?

Именно это он спросил у Айлин, когда чопорный дворецкий, словно проглотивший трость, провел его в гостиную палаццо Бастельеро, и синьорина, радостно встрепенувшись, велела принести шамьет. А потом повернулась к немолодой сухопарой даме, что сидела в той же гостиной с вышивкой, и прохладным любезным тоном сообщила:

– Сударыня Эванс, вы можете быть свободны. Я попрошу лорда Аларика принять гостя вместе со мной, а вам наши разговоры будут неинтересны. Батюшка Аларик, вы же мне не откажете?

– Сочту за честь и удовольствие, дитя мое, – улыбнулся грандсиньор, входя в гостиную. – Доброго дня, милорд Фарелл. Как славно, что вы решили нас навестить. Понимаю, вам не до забот, но хотел рассказать, что мы с Себастьяном выбрали место для вашего дома. Отличный склон холма! Вид на озеро прекрасный, и земля рядом хорошая. Ваши слуги смогут посадить там сад и разбить небольшой огород. Зимой можно купить лес для строительства, а сам дом начать возводить весной. Следующей осенью уже сможете поехать туда на охоту, ну и мы с Себастьяном напросимся, если позволите.

– Лу, ты решил поставить дом на озере? – обрадовалась Айлин. – Как чудесно! Перлюрен будет навещать родню, ты же станешь брать его с собой?

Лучано представил, как Перлюрен приводит в гости толпу родственников, и обреченно кивнул.

– О, советую держать этих родичей подальше! – хохотнул грандсиньор Аларик. – Еноты – бич Озерного края! Один енот – это может быть терпимо и даже мило временами, но если их больше… Мой вам совет, милорд, закажите у стихийников пугалки для животных и окружите ими охотничий дом. Ваш зверь будет только рад, что земли поместья принадлежат лично ему.

– Охотно в это верю, грандсиньор, – улыбнулся в ответ Лучано, краем глаза следя, как синьора, похожая на сушеную воблу, поджала губы и выскользнула из гостиной, прихватив рукоделье. – Перлюрен – ужасный жадина и обжора! Но мне бы не хотелось, чтобы дикие сородичи его покусали или заразили чем-нибудь. Пугалки – отличная идея. Так вот, о синьоре Саграссе…

Он замялся, не зная, можно ли и дальше поднимать эту тему при свекре Айлин. Грандсиньор Аларик выглядит очень добродушным, но разговор весьма деликатный.

– Вас смущает мое присутствие? – проницательно поинтересовался тот. – Если желаете, мы с сударыней Эванс опять поменяемся местами. Увы, оставить вас и мою невестку наедине я не могу, вы же понимаете. Но готов обещать, что все сказанное останется между нами.

– Не надо Эванс! – поспешно вмешалась Айлин. – Лу, я уверена, батюшке Аларику можно доверять! – И пояснила: – Речь идет о чувствах моей подруги Иоланды, вы ее хорошо знаете. Один достойный дворянин за ней ухаживает, и она очень рада его вниманию, но вот родители…

– Его родители или ее? – невозмутимо уточнил почтенный синьор.

– И те, и другие, – вздохнул Лучано. – Так синьорина Иоланда отвечает на чувства Лионеля? Он просил меня узнать об этом, чтобы понимать, на что может надеяться.

– А Иоланда просила об этом же меня, – улыбнулась Айлин, и в гостиной словно просияло крошечное солнышко. – Она надеялась, что услышит от него предложение, но свидание сорвалось…

– Это моя вина, – признался Лучано. – Боюсь, Лионель пожертвовал этим свиданием и надеждой на счастье, чтобы спасти мне жизнь. Я бы очень хотел вернуть этот долг, но не совсем представляю как. Увы, я все еще очень невежественен в обычаях Дорвенанта и этикете благородных синьоров.

– Хм… – Бастельеро-старший откинулся на спинку кресла и в задумчивости повертел в пальцах бокал с вином. – Скажите, милорд, а вы уверены, что у вашего друга исключительно серьезные намерения?

– О, грандсиньор! – Лучано даже привстал в кресле для большей убедительности и пылко заверил: – Я готов за него поручиться! Уж в этом я разбираюсь! Как-никак сам являюсь грандмастером намерений несерьезных!

– Тогда нужно дать им поговорить, – посоветовал Аларик. – И желательно без свидетелей. Полагаю, на том свидании все равно должна была присутствовать матушка сударыни Иоланды или компаньонка – хотя бы и наемная. Если у молодого человека серьезные намерения, он не мог ожидать, что достойный отец отпустит с ним дочь без сопровождения. И, конечно, при компаньонке им было бы очень трудно поговорить с полной искренностью, вы меня понимаете?

– Но… разве встреча наедине не скомпрометирует Иоланду? – растерялась Айлин и тут же решительно вскинула голову: – Я готова взять вину на себя! Только как это сделать?

– Успокойтесь, милое мое дитя, – усмехнулся Аларик. – Возложим вину на случайность. Это, конечно, никого не обманет, но если молодые люди придут к соглашению, общество закроет глаза на некоторые обстоятельства. К тому же мы постараемся, чтобы об этом не болтали лишнего. То, что происходит в доме Бастельеро, остается в его стенах. Наши слуги прекрасно понимают, что такое честь семьи. Разумеется, если для счастья влюбленных потребуется самую капельку испортить им репутацию, то… пусть сударыня Иоланда сама решает, приемлема ли для нее эта жертва.

– Батюшка Аларик! – ахнула синьорина и захлопала в ладоши, а Лучано невольно улыбнулся – старший лорд Бастельеро смотрел на нее с такой умиленной нежностью! – Но милорд Грегор наверняка будет недоволен…

– Недоволен? – переспросил лорд Аларик и, усмехнувшись, покачал головой. – О, ну что вы, дитя мое. Он будет в бешенстве!

И улыбнулся с явным предвкушением!

– Грандсиньор Аларик! – торжественно провозгласил Лучано. – Вы меня чрезвычайно обяжете! – И тут же понизил голос: – Но как именно мы это устроим? Привезти сюда Лионеля труда не составит, я просто попрошу его сопровождать меня при следующем визите. Синьорину Иоланду, полагаю, пригласить тоже несложно. Однако нужно оставить этих двоих наедине, причем в таком месте, откуда они не смогут уйти, а кто-нибудь другой – помешать им. И, признаться, я ни за что на свете не хотел бы пропустить такое зрелище.