— Да, много кто приехал, — подтвердила матушка. — Поэтому воспользуйтесь моментом покоя.
На этих словах она посоветовала всем отдохнуть с дороги.
Ближе к вечеру Итель решил пройтись по особняку. Третий и четвёртый этажи очень похожи по планировке. Видел мужа Оулы Джансен и нынешнюю жену Ховелла с их сыном. Надо полагать остальных из «много кто приехал» Итель просто не встретил.
На втором этаже одно крыло занимали жилые помещения, другое занято различными пространствами для разговоров. Мебель, отделка — выглядит всё очень хорошо, не поскупились на материалы. Да и нанятого персонала хватало.
Первый этаж сплошь залы для приёмов, есть своя галерея. Разбит небольшой сад с одной из сторон особняка. Прямоугольной формы с пересекающими его вымощенными дорожками. В местах между ними высажены невысокие кусты, подстроченные так, чтобы не было веточек на мощенке. В центре сада была круглая площадка с четырьмя скамейками по краям.
Итель даже подумал прогуляться там, идти в город перехотелось. Но, подойдя к стеклянной двери, замер. Две девушки сидели на ближней к выходу скамейке.
Одну из них узнал сразу. Миф Йорат в редком для неё в повседневной жизни хорошем костюме. Волосы она стянула в хвост, а на открытых запястьях виднелись браслеты из светлого металла, очень выделяющиеся на фоне и загорелой кожи, и тёмного материала костюма. Вторую Итель видел впервые. Густые каштановые волосы до талии сейчас были распущены и мешали рассмотреть верхнюю часть одежды. Что-то светлое без рукавов и горла. Штаны были темнее, но в целом тоже светлые, до щиколотки. Из обуви сандалии. Но внимание в девушке приковывали выделенные макияжем светлые глаза.
Миф и её собеседница о чём-то перешёптывались и улыбались, что делало обеих очаровательными. Но красота девушек была последней, что рассматривал Итель. Магия не вилась вокруг них, а проходила сквозь. Даже приоткрыл дверь, чтобы убедится, что видимое им не разводы на стекле.
Не разводы. Обе маги.
Итель спешно закрыл дверь и развернулся. Желание вообще хоть что-то делать пропало. Опять три мага в одном особняке. Ноарта вспоминалась против воли. Опять Итель. Опять магия молний. И вновь есть кто-то третий.
Если до этого сравнение с Ноартой появлялось только из-за количества управляющих в городе, что не нервировало, это не самое редкое явление, то теперь, зная, что тут ещё и три мага, сравнение пугало. А элементы декора, бросающиеся в глаза по пути к комнате, только подкрепляли аналогию.
Магия отвечала на волнение, но Итель обратил на неё внимание только когда она разволновалось сильнее, чем обычно. Глянул на ладони. Огня нет.
Он умелее, чем был в Ноарте.
Глава 23. Отец и сын, дядя и племянник
11.VI.867
Мон
Сион смотрел на огонь в камине и старался ни о чём не думать. Иаго в стороне размахивал мечом, проверяя хорошо ли зажила рука. Он что-то напевал, полностью сосредоточившись на ощущениях. Хорошо, что кабинет отца был достаточно просторным, чтобы ради своей безопасности не приходилось следить за братом.
Отец просил сыновей дождаться его с заседания здесь, но уже второй час после планируемого окончания обсуждений не приходил. Похоже, заседание Собрания затянулось, или у отца появились более важные дела. Наверное второе, если припомнить, как он был встревожен инициированным Фелконом Собранием. «Самый главный враг, которого нужно уничтожить любым способом» — отец всегда так продавливал каждое слово, когда повторял эту фразу, но становилось неуютно. Можно было бы согласиться с чем угодно, чтобы убраться подальше.
Сион притронулся к руке.
— Папа! — мальчишка юрко проскользнул внутрь кабинета и побежал к отцу.
Сион чудом успел схватить мальчика за одежду, чтобы тот не попал под меч.
— Иаго! — громко позвал брата Сион, продолжая придерживать племянника, которому повезло, что меч не оказался позади отца и испугаться было нечему.
— Аа, — потянул Иаго, поворачиваясь к брату. — Хеф, ты должен спать.
— Но, пап, — Сион отпустил племянника, и ребёнок подошёл ближе к своему отцу. — Там кто-то под кроватью, — признался ребёнок,
Хе́фин часто под таким предлогом выманивал отца, чтобы провести с ним минуты перед сном. Иаго не отказывал, зачастую это позволяло покинуть очередной эмоциональный разговор уже со своим отцом. Сам Клайд считал этих «подкроватных монстров» чепухой, а то, что Иаго послушно ходит с ними разбираться, — дуростью. Но Иаго в вопросах, связанных с сыном, не боялся перечить отцу.
— Пошли посмотрим, — выдохнул брат, убирая меч в ножны, лежащие на соседнем кресле. — Но быстро, мне ещё с дедушкой надо поговорить.
— Да-да, — закивал мальчик, ведя отца за руку к двери. — Доброй ночи, дядя Сион, — мальчик ему улыбнулся.
— Добрых снов, — улыбнулся в ответ.
За Иаго закрылась дверь. Сион вернулся к созерцанию игры пламени в камине, уносящей мысли на этот раз в прошлое.
Дверь захлопнулась из-за сквозняка, оповестив о возвращении Иаго.