— Жаль сюда папу нельзя позвать, — вздохнул Остин, смотря на мерцающие огоньки.
— Я думаю, он бы и не пришёл, — ответила Минерва.
— Почему? Он нас не любит?
— Конечно же, любит. Просто тебя так долго рядом не было, что он привык проводить время в одиночестве.
— Наверное. Но ничего, в следующий раз он не будет одинок!
— Давай уже ложись спать и завтра увидишь свои подарки, — сказала Минерва, укладывая мальчика спать.
— Спокойной ночи, мамочка, — Остин поудобнее улегся на кровати, закрывая глаза.
На следующее утро Остин проснулся раньше Минервы. Но и она быстро проснулась от шелеста бумаги. Остин виновато на неё посмотрел и продолжил открывать подарки дальше. Ну а что? Она же все равно уже не спит. Открыв самый длинный свёрток, Остин увидел детскую метлу. Она была красивее, чем у Драко и другой модели. Глаза Остина расширились, и он лишь произнёс тихое: «вау!». Подбежав к матери, он поцеловал ее в щеку и сказал раз десять спасибо и только тогда пошёл открывать подарки дальше. Он получил много чего: сладости, игрушки, книжку с большим количеством картинок. В целом, Рождество удалось!
Закончились зимние каникулы, а это значит, что скоро вновь вернётся Арлин. Остин думал, что после каникул, она что — то надумает, и снова будет обращать внимание на Остина, но, увы, она так и продолжала даже не смотреть в его сторону.
Время шло, и наступил день Святого Валентина, день всех влюблённых, а Арлин так и не смотрела на Остина. Он уже начал думать, что она не просто игнорирует его, а забыла о его существовании.
Вначале дня профессор Дамблдор что — то рассказывал о самом празднике и силе любви. Но Остин не хотел его слушать, так как после инцидента с Дурслями, мальчику не очень хотелось общаться со старым магом. Да и сам волшебник не искал встреч с Остином. Но все же в конце его речи, что — то привлекло внимание Остина. Валентинки. Директор говорил, что их можно подарить человеку, который тебе нравится.
— Мама, а как выглядят валентинки? — спросил Остин, когда они шли к кабинету трансфигурации.
— Это открытки, чаще всего в виде сердечек розового и красного цвета. Внутри пишутся красивые слова или же признания в любви.
— А как их дарят? — выпытывал для себя нудную информацию мальчик
— Чаще всего отдают лично в руки. А что такое?
— Ничего, пойдём на урок, а то скоро звонок, — уклончиво ответил Остин, шагая к кабинету.
Как обычно оставшись в комнате один, пока за дверью идёт урок, Остин решил воплотить свой маленький план. Найдя на столе чистый, небольших размеров пергамент, и взяв в руки перо, макнул то в цветные чернила начал рисовать всякие сердечки и зарисовывать их кляксами. Так как Остин был мал и ещё не умел писать, то слова написанные, а точнее одна фраза, которую более менее научился писать мальчик, было не очень красиво написана. Но он решил, что будет и так красиво. Попшикав на картинку немного духов матери, Остин отложил открытку в сторону, чтобы та высохла. Он уже предвкушал встречу с Арлин.
На ужине Остин как обычно среди гриффиндорцев искал нужную ему девочку. За столом сидело очень много светловолосых девочек, но нужна была ему одна. Он очень надеялся, что Арлин сидит в поле его зрения. И после пары минут поиска, он все же нашёл ее. Арлин сидела и улыбалась своей красивой и милой улыбкой. Сейчас ее волосы были заплетены в косички, хотя Остину ее волосы нравились распущенными. Ещё раз, посмотрев на девочку, Остин проверил наличие открытки. Все готово, осталось лишь подождать!
Когда мальчик стал замечать, что ученики потихоньку уходят, и скоро так уйдёт Арлин, тот он, ссылаясь на важные дела, покинул большой зал раньше. Немного подумав, он направился в сторону гриффиндорской башни. Но он прошёл самую малость, остановившись возле одной из ниш, Остин стал ждать. Он был решителен, как никогда! В голове уже давно вертелись строчки, которые он скажет Арлин.
Но когда он увидел выходящую Арлин из большого зала, мысли сразу же куда — то убежали, испарились. Руки быстро вспотели, а слова все же на ум не шли. Девочка чуть ли мимо не прошла, но у Остина все же хватило сил сказать «Арлин!». Девочка удивленно повернулась, услышав знакомый детский голос.
— Привет, Остин, — улыбнулась ему девочка, подходя ближе. По ее улыбке мальчик понял, что она него не в обиде, что придало ему смелости.
— Привет, Арлин. Как у тебя дела? — Остин тоже мило улыбнулся. Но его улыбка чуть не погасла, когда он увидел в руках девочки красное сердечко. Но он сразу же также мило улыбнулся, чтобы не показать своих истинных чувств, как учил Люциус.
— У меня хорошо, а ты как? — оглядываясь на своих хихикающих неподалёку подружек, поинтересовалась в ответ девочка. По ней было видно, что она не горит желанием с ним разговаривать, что очень расстроило мальчика.
— Хорошо, — Отстраненно ответил Остин. — Знаешь, мне надо идти, до встречи.
Остин медленно брел по коридорам Хогвартса с желанием оказаться в своей комнате вновь, захотелось к маме. Обнять ее, поцеловать. Он не будет плакать, ведь он мужчина! А мужчины не плачут. Хотя хотелось плакать, ведь было очень тоскливо и обидно. А он ведь совсем и не нравился Арлин, даже ни капельки. Он посмотрел на свою открытку: и зря получается, делал. Он открыл ее и прочитал единственную фразу, написанную корявым почерком. Быстро запихнув открытку в карман, Остин побежал в комнату. Минерва все ещё работала с некоторыми документами, но Остин знал, что она всегда уделит ему время.
— Мама, это тебе, — смущенно сказал мальчик, протягивая Минерве чуть помятую открытку. Минерва открыла ее и не смогла не улыбнуться.
— Я тоже тебя люблю, сынок, — она крепко обняла сына, целуя в макушку.
И Остин понял, что никакая Арлин не сможет обидеть его, ведь с ним всегда будут те, кто его любят и ценят.
Примечание к части
http://vk.com/photo‑36629154_337943749 новая шикарная обложка *-*