— Эта штука погасла. Так всегда бывает.
Он положил его на перила крыльца, затем наклонился и почесал густую шерсть на загривке Радар. Она подняла голову, затем снова опустила ее.
— Это чертовски хорошая собака.
— Да.
— Ты влюбился в нее, не так ли?
— Ну что ж … да. Думаю, да.
— У нее есть ошейник, но нет бирки, а это значит, что мистер Боудич не заплатил налог на собак. Я предполагаю, что она никогда не была у ветеринара.
— Думаю, да.
— Никогда не была привита от бешенства. Среди прочего. — Он сделал паузу, затем сказал: — У меня есть вопрос, и я хочу, чтобы ты подумали над ним. Очень серьезно. Неужели окажемся на крючке из-за этого? Продукты, лекарства для собак, защитные решетки?
— Не забудь про утку, — сказал я.
— Неужели мы? Скажи мне, что ты думаешь.
— Он сказал мне следить, и он позаботится об оплате -. Это было в лучшем случае наполовину ответом. Я знал это, и папа, наверное, тоже. Поразмыслив, вычеркните «вероятно».
— Не то чтобы мы были в затруднительном положении из-за него. Пара сотен долларов — вот и все. Но больница... Ты знаешь, сколько стоит недельное пребывание в Аркадии? Плюс операции, конечно, и весь последующий уход? — Я этого знал, но папа, как страховой агент, знал.
— Восемьдесят тысяч. Минимум.
— Мы никак не можем быть на крючке из-за этого, не так ли?
— Нет, это все он. Я не знаю, какая у него страховка и есть ли она вообще. Я связался с Линди, и у него ничего нет с Оверлендом. Наверное, «Медикэр». Кроме того, кто знает? — Он поерзал на стуле. — Я его немного проверил. Надеюсь, это тебя не злит.
Меня это не злило не удивило, потому что проверка людей была тем, чем мой отец зарабатывал на жизнь. И было ли мне любопытно? Конечно.
— Что ты нашел? — спросил я.
— Почти ничего, что, я бы сказал, было бы невозможно в наши дни.
— Ну, у него нет ни компьютера, ни даже мобильного телефона, на котором установлен «Facebook» и любые другие социальные сети.
— У меня была мысль, что мистер Боудич не пользовался бы «Facebook», даже если бы у него был компьютер. «Facebook» был шпионом.
— Ты сказали, что на найденном тобой ящике с инструментами были инициалы А.Б., верно?
— Да.
— Это подходит. Участок на вершине холма занимает полтора акра, что является чертовски хорошим участком. Он был куплен неким Адрианом Боудичем в 1920 году.
— Его дедушка?
— Возможно, но, учитывая, сколько ему лет, это мог быть его отец. — Папа взял трубку с перил крыльца, пожевал ее пару раз и положил обратно. — Кстати, сколько ему лет? Интересно, он действительно не знает?
— Думаю, это возможно.
— Когда я видел его в прежние времена – это было до того, как он стал совсем отшельником, – он выглядел лет на пятьдесят. Я махал ему рукой, и иногда он махал мне в ответ.
— Никогда с ним не разговаривал?
— Наверное, мог бы поздороваться или сказать пару слов о погоде, если бы это стоило поговорить, но он был не из разговорчивых. В любом случае, по возрасту он мог бы быть во Вьетнаме, но я не смог найти никаких военных записей.