– Потому что я сирота, студентка без жилья и нормальной работы, – бросает она, не отрывая взгляд от пола.
– Дура ты, – фыркаю. – У тебя есть я, есть Полина, мы бы никогда тебя не бросили, вот что ты за бред несёшь?
– Я не хочу никому на шею садиться…
– Я тебе тресну сейчас! – раздражённо шиплю на неё. – Ты не одна, Лизка! И несмотря ни на что, я считаю, Арман должен знать об этом ребёнке…
– Нет! – резким тоном перебивает меня. – Я достаточно перед ним унижалась.
– Да поняла я! Но от этого моё мнение не изменится. Я всегда помогу, буду приносить тебе клубнику с горчицей в три часа ночи, если надо будет, – говорю, и Лизка наконец смеётся. – И Полина. Она чуть не плакала, когда звонила мне. Мы всегда будем рядом, не делай этого, – жалобным тоном прошу я.
Ещё немного посидели в коридоре больницы, наплакавшись вдоволь, после чего вышли на улицу и сели в машину. По дороге к общежитию Лизы, я позвонила Полинке и успокоила её.
– А что такое? Что вы такие заплаканные? – в общежитии нам на встречу выходит тетя Маша.
– Лиза беременна и надумала аборт сделать, – выпаливаю я.
– О Господи! – ахает тётя Маша. – Грех-то какой на себя взяла, деточка.
– Нет-нет, я её отговорила, – успокаиваю старушку, а то опять в больницу поедем.
– Ну слава богу, – выдыхает комендантша. – И думать о таком нельзя, деточка. Испугалась? – спрашивает она Лизу. – Тоже мне проблема, вырастим, – машет рукой.
– Ты посмотри, сколько людей тебя окружает. Да твой ребёнок будет купаться в любви, – говорю я, пока мы поднимаемся в её комнату.
– Угу, – кивает Лиза, виновато опустив голову.
Убедившись, что она в порядке и дав указаний, чтобы звонила мне в любое время дня и ночи, еду домой, даже не подозревая, что в скором времени обрушится на мою голову.
Глава 56
Лера
Время беспощадно ускользает, словно специально доводит меня до нервного срыва. Весна уже заявила свои права – деревья цветут, трава зеленеет, и только в моей душе царит мрак. Лизка переехала к тёте Маше, уже пришла в себя, набрала пару килограмм. У неё даже чуть округлился животик. Она такая милая, что хочется потискать, как ребёнка. Мы с Полиной не оставили её, даже мысли такой не допускали. Я регулярно вожу Лизу к врачу, а Полина снабжает продуктами. Иногда, как и сегодня, мы дышим свежим воздухом в парке неподалёку от квартиры тёти Маши.
– Ты ведь не сказала Руслану? – в миллионный раз за эти полтора месяца спрашивает подруга, когда мы сидим на скамейке в парке после очередного похода к врачу.
Каждое посещение поликлиники заканчивается слезами, и я понимаю Лизу. Кому хотелось бы ехать на УЗИ и слушать сердцебиение своего малыша с подругой, а не с отцом ребёнка? Да никому. Но имеем то, что имеем, а сдаваться нам нельзя. По дороге домой я останавливаюсь в кофейне и покупаю любимые пирожные Лизы, после чего сидим с подругой в парке и уплетаем их, как хомячки.
– Нет, Лиз, конечно же не сказала, но ты ведь понимаешь…
– Он всё знает, да, – горько перебивает она. – Значит, Арману нет дела до нас, – вздыхает и гладит свой едва выделяющийся животик.
– Лиз, – поворачиваюсь лицом к ней.
– Всё-всё, – поднимает руки в сдающемся жесте и улыбается, но я слишком хорошо её знаю, чтобы верить в искренность этой улыбки. – Нам тоже нет дела до него, справимся и без такого отца.
– У тебя есть я и Полинка, – накрываю её руку и сжимаю в знак поддержки.
Не хотелось бы оказаться на её месте, и сейчас я благодарна, как никогда, что Руслан отвёл меня к врачу.
– Как у неё дела? – спрашивает Лиза. – Я знаю, что она не хочет грузить меня своими проблемами, хоть ты расскажи.
– Хорошо ты придумала, – усмехаюсь. – Она не говорит, потому что боится тебя расстроить, а я скажу? – вопросительно выгибаю брови.
– Я не такая слабая, – возмущается подруга.
– Знаю-знаю, – улыбаюсь.