Конечно, никаких бесед мы не ведём, никаких вопросов я не задаю. Он продолжает вести фирму покойного Арсения, мама готовится к свадьбе и ничего не меняется. Хотя я каждый день жду новости о том, что она не состоится.
Тяжело вздохнув, смотрю на часы и понимаю, что уснула в гостиной на диване с конспектом на руках. Такое интересное чтиво, что в сон потянуло. В доме тишина, видимо, мама ещё ходит по бутикам, а Руслан раньше восьми вечера не возвращается.
Мой телефон начинает вибрировать в тот момент, когда я поднимаюсь на ноги, собираясь пойти на кухню и сварить себе кофе. На экране высвечивается фотография Полины, и я с улыбкой провожу пальцем по зелёному значку трубки.
– Соскучилась по мне уже? – с ходу спрашиваю подругу.
– Лера, – её голос дрожит, и я моментально напрягаюсь.
– Что случилось? – интересуюсь, застыв на месте.
– Ты знаешь, что Лиза беременна и собирается сделать аборт? – сшибает меня с ног одной фразой.
Округлив глаза и открыв рот, я не нахожу, что сказать, несколько долгих секунд.
– Лера, ты здесь? – напоминает о себе Полина.
– Нет, я не знала, – выпаливаю и, забив на всё, несусь к своей комнате за верхней одеждой. – Она закрылась в себе, молчит, как партизанка, – со злостью говорю я.
– Да, знаю, я вижу её каждый день. Вижу, как она прячется за притворной улыбкой, – вздыхает подруга. – Лер, останови её! Меня слушать Лиза не стала, и вообще я случайно узнала. Но ты должна остановить её, тебя она послушает. Будет жалеть, очень сильно, но будет поздно. Поверь, я знаю, о чём говорю, – дрожащим на грани срыва голосом проговаривает Полина, и я прекрасно понимаю, о чём она.
– В какой она больнице, знаешь? – спрашиваю, накинув на себя первое, что зацепила в гардеробе. Сую ноги в сапоги и, схватив ключи с тумбочки, несусь со всех ног на выход.
Полинка сказала номер больницы, и, сев за руль своей машины, поспешно выруливаю со двора дома. Проблем с этим нет, Руслан уже спокойно относится к тому, что я сама езжу, куда мне надо.
Лишь бы успеть и не дать этой дурынде натворить глупостей. Понимаю, что у них с другим Власовым дела не сахар. Но ребёнок-то в чём виноват? Больницу, благодаря навигатору, я нахожу быстро и, припарковавшись как попало, забегаю внутрь, спрашиваю у персонала, где нужное мне отделение, и так же бегом иду спасать будущего племянника.
– Лиза! – кричу, увидев в коридоре на скамейке скукоженную подругу. – Слава богу, я успела! – выдыхаю и падаю рядом с ней на скамейку, едва переводя дыхание. – Ты что надумала?
– Ты откуда здесь взялась? – дрогнувшим голосом спрашивает эта, якобы, подруга и вытирает мокрые от слёз щеки.
– Мне Полина позвонила, всё рассказала и дала номер поликлиники, который зацепила взглядом на твоих бумагах. Так, это не важно, – восклицаю я. – Ты что творишь? – смотрю на неё осуждающе.
– Я всё решила, – неуверенным тоном говорит Лиза и отворачивается.
– Что ты решила, дурочка? Избавиться от невинного ребёнка? Что он тебе сделал? Он ведь не виноват, что его отец Власов, – вываливаю, что думаю.
– Я не смогу…
– Ой, молчи, а, – перебиваю и, сжав трясущуюся руку, заставляю посмотреть на меня. – Родить от бандюгана не так страшно, как… спать с женихом своей матери, – признаюсь наконец-то и будто камень с души падает.
Да, не самый подходящий момент, но когда кто-то жалуется на проблемы, расскажи о своих, и ему сразу станет легче.
– Что? – лицо подруги удивлённо вытягивается. – Ты и Руслан?
– Да, – киваю и поджимаю губы. – Думаешь, ты одна такая… дура? Влюбиться в таких, как Власовы – тупее и не придумаешь. Но нет, нас двое.
– Лера, но как же так? Он ведь… он… – Лиза начинает заикаться, явно не находя слов.
– Да-да, он скотина редкая, но я знаю, каким он может быть, знаю другую его сторону, – говорю, вспоминая о моментах, когда Руслан забывает о своей сущности и поддаётся нежности.
– Господи…
– Ну всё, мы сейчас не об этом. Вставай и пошли, я тебе не позволю, – схватив её за руку, поднимаюсь на ноги, собираясь увести Лизу отсюда.
– Нет, Лер, – Лиза вырывает руку и усаживается обратно.
– Упёртая дура, – закатываю глаза и возвращаюсь на место. – Зачем ты это делаешь?