Выйдя из лифта, иду в сторону лестницы из трёх ступеней и застываю на самой верхней. В холле стоит гул ровно до того момента, пока все собравшиеся не замечают меня. Голоса тут же стихают. Пока они все наблюдают за мной, я сунув руки в карманы брюк, прохожусь взглядом по сотрудникам.
Некоторые смотрят с откровенной ненавистью, кто-то не скрывает своей неприязни, у кого-то в глазах страх, но есть и те, кто рад новому руководству.
– Значит так, – громко начинаю я. – Если кто-то из вас думает, что я чего-то не знаю, то глубоко ошибается, – делаю паузу и замечаю, как в толпе несколько человек обеспокоено озираются по сторонам, тем самым выдавая себя. – Если кто-то из вас думает, что их действия остаются в тайне, спешу вас огорчить. Все здесь собравшиеся прекрасно знают, что в нашей компании два лагеря. Но вы, ребята, забываете, что последнее слово всегда будет за мной. Для вашего же… блага – перестаньте страдать хернёй и выполняйте свои обязанности вместо того, чтобы бегать на поклон к Илье Михайловичу. У всех есть поставленная задача, будьте добры работать, – максимально спокойно и цивилизованно проговариваю я.
Кто бы знал, что ты так можешь, да, Руслан?!
– Никто не хочет терять работу, – раздаётся сдавленный голос из толпы.
– Будете продолжать топить компанию, потеря работы окажется для вас самой маленькой бедой, – предупреждающим тоном отвечаю. – А если у кого-то есть «сомнения», – выделяю последнее слово, давая понять, что речь точно не о сомнениях. – Даю вам час, чтобы положить заявление об увольнении на мой стол.
Разворачиваюсь и возвращаюсь в свой кабинет. Никогда не приходилось быть таким дипломатичным. У меня на родине каждый человек знает, кто такие Власовы, и как они решают проблемы. Здесь же надо строить из себя хрен пойми кого, пока не пустишь корни и не покажешь, кем являешься.
Вопрос только в том, нужно ли мне это на самом деле? Приехал я сюда с совсем другими планами и задерживаться не планировал. Меня вполне устраивало моё положение в родном городе, где я царь и бог. Ещё мой отец подмял его под себя, когда мы с Арманом были детьми.
Мировой человек, которому удалось выдержать наезды врагов, поднять два города и передать их в наследство нам с братом. Я же всё бросил и помчался в столицу, а тут всё наперекосяк.
Отдохнуть бы пару дней, но сначала поставить Корнилова на место и закончить оформление документов о купле-продаже фирмы.
Выдохнув, я взялся за работу, а очнулся, когда на улице уже стемнело. Закрыв все папки, собираюсь домой. Мне срочно нужна доза остроты от одной язвительной особы.
Чёрт бы меня побрал! Я уже успел… соскучится?
Глава 42
Руслан
Взялся всерьёз за Корнилова – всеми возможными способами переманиваю к себе преданных ему сотрудников. И что самое главное – всё делаю по закону, никаких нарушений. Скажу своим, и мне в рожу плюнут. Но в столице лучше действовать так, чем резать всех подряд. Мне нужно доверие сотрудников, если я хочу стать полноценным владельцем. А если начну пугать их своими зверскими методами, то получу обратную реакцию. Плохой и хороший дядя. Я буду хорошим ровно до того момента, пока у меня на руках не будут все документы, признающие меня единственным владельцем.
Со всеми этими делами я совсем не уделяю внимания Лере, и её поведение громко об этом кричит каждый раз, когда мы пересекаемся в доме. Редко, но этого достаточно, чтобы заметить брошенные в мою сторону молнии из голубых глаз. Язвит, как в первые дни и всё пытается меня задеть, но краснеет каждый раз, когда я окидываю её оценивающим и многообещающим взглядом.
Мила, словно что-то чувствуя, ошивается рядом, пока я не ухожу из дома. Собственно, сжать круглые ягодицы, впиться в пухлые губы и вдохнуть сладкий запах Леры в присутствии будущей жены я не могу. В первую очередь ради самой Леры. Мила сожрёт ей мозг в лучшем случае, в худшем накинется на неё, и бог знает, что может натворить при её-то «любви» к дочери.
Прихожу поздно и сразу поднимаюсь к Лере в комнату. Девочка послушная, дверь больше не запирает. Стою у её кровати, как какой-то пацан. Смотрю на спящую девушку, и улыбка на лице расползается. Такая нежная и невинная. Вот про таких, как она, и говорят – хрошая, пока спит зубами к стенке.
Сажусь на корточки и приковываю взгляд к освещённому настольной лампой лицу.
– Что ты со мной сделала, девочка? – со вздохом задаю вопрос в пустоту и убираю прядь светлых волос с её щеки.
Для меня какие-то отношения табу. Всё что меня интересовало – это дела города, который я должен был держать в узде и страхе. Одноразовый секс, посиделки с мужиками в бане и охота. Семья – это не для таких, как мы с Арманом. Наши отцы не в счёт, тогда другие времена были. Да и мать была с отцом ещё до того, как он вступил не на тот путь. А сейчас одни курицы безмозглые, которые считают, что связать свою жизнь с отморозком, вроде меня, модно. Но смотрю на эту девчонку и понимаю, что хочу видеть её рядом долго.
Всегда беру, что хочу, и плевать на желания других, но не с ней. Лучше потерпеть, чем разбудить девчонку ради своих бесов.
Дожил, чёрт возьми!
Вздохнув, я поднимаюсь на ноги, намереваясь выйти из комнаты, но меня хватают за запястье тонкие пальцы.
– Руслан… – сонным голосом проговаривает Лера и часто моргает. – Опять мне снишься, – едва заметно вздыхает и опускает веки с трепещущими ресницами.
Сжимаю тонкую руку и сажусь на край кровати. Вздрогнув, Лера резко распахивает глаза и, заняв сидячее положение, натягивает одеяло чуть ли не до шеи.
– Ты здесь, – делает вывод и поджимает губы.
– Как видишь, – сухо бросаю.
– Зачем? – спрашивает, и по глазам вижу, что злится. – «Невеста» к себе не подпускает? – язвительно задаёт вопрос, сглатывая ком в горле.
– Чепуху не неси, – с рычащими нотками отвечаю.