– Нашлась та, которая и голос на меня повысила, и руку подняла. Она меня с ума сводит своими выходками. А как только ты эту девчонку забрал, она мне покоя не даёт. Я её придушить хочу и одновременно…
– Обнять, приласкать, своей сделать, – говорит вслух то, что я бы никогда сам не признал.
– Да, твою мать! – всё же признаюсь больше себе, чем ему. – Мне, чёрт возьми, сорок лет уже, девчонка мне в дочери годится, а она, дрянь такая, выводит меня из себя парочкой слов, – поднявшись на ноги, принимаюсь нервно наматывать круги по кабинету. – Она меня специально провоцирует!
– Понятно, от чего они подружками стали. Одного поля ягоды, – усмехается этот умник, наверняка радуясь, что я в таком же положении, что и он.
– Твою же мать, – шумно выдыхаю. – Я столько всего натворил за свою жизнь. Я с детства играл настоящим пистолетом, отец чуть ли не с пелёнок учил драться и стрелять. Никогда! Никогда, мать твою, никто мне не перечил! Не смел! А эта девятнадцатилетняя соплячка … – глухо рыкнув, подхожу к столику и наливаю себе новую порцию виски. – Я либо её прикончу, либо…
– Думаю второе, – издевается братец, едва сдерживая смех.
– Она мне мешает исполнять свой план. А её мамаша… я свихнусь, честное слово, – возвращаюсь на диван. – Приехал и ною, как баба. Пиздец какой-то!
– Да брось, – говорит Арман, махнув рукой. – Я и сам ещё не понимаю, что это такое. Почему такие смешанные чувства, и откуда это жуткое желание…
Его прерывает оглушительный грохот за дверью. Напрягшись, как гитарная струна, встаю на ноги и достаю спрятанный за пояс брюк пистолет. Сделав знак глазами, Арман высовывается первым из кабинета и, застыв на углу, заметно расслабляется.
– Какого хрена? – рявкает он, спрятав оружие.
Встаю рядом с ним, и вижу посреди гостиной погром.
– О! Ваше бандитское величество, – обращается к брату его девка и делает кривой реверанс.
Поджимаю губы, стараясь изо всех сил не рассмеяться.
– Лиза, мать твою, – цедит сквозь зубы Арман. – Какого чёрта ты устроила? А вы куда смотрели? – рявкает на охрану.
– Да мы… – открывает рот один из них, но тут же затыкается.
– Лиза, – делает шаг к девчонке, но та накидывается на него, как бешенная фурия, не давая ему договорить.
– Изверг! Скотина! Убийца! – кричит, захлёбываясь слезами. – Зачем? Зачем ты это сделал? Ненавижу тебя!
Стою, как ошпаренный, наблюдаю за этой сценой, мысленно делая себе заметки, что вот эта девчонка явно превышает шкалу допустимого, что добавляет Лере плюсы.
– Ты совсем ненормальная? Тебе психиатра вызвать? – орёт Арман на неё, встряхнув, как куклу.
– Себе вызови, больной ты ублюдок, – продолжая лить слёзы, кричит девчонка. А вот словарный запас у них похожий. – Ты зачем ему руки сломал? Что он тебе сделал?
– Потому что, детка, – наклоняется к её лицу. – Не надо трогать то, что принадлежит мне.
– Я не твоя вещь! – уверенным тоном кричит и пытается вырваться.
– Ошибаешься. Ты – моя! Смирись!
– Никогда! Лучше сдохну! – выплёвывает ему в лицо.
– Как пожелаешь, – толкает её, видимо, исчерпав самообладание. – Заберите и закройте в комнате, – отдаёт приказ охране. – А если не будет слушаться, переместите в подвал, чтобы остыла.
– Убийца! – не сдаётся девка. – Ненавижу! Ненавижу! – продолжает орать, пока они не скрываются из виду.
– М-да, – вздыхаю я. – Твоя намного хуже, чем моя падчерица.
– Не делай поспешных выводов. Никогда не знаешь, что тебя ждёт, брат, – «успокаивает» братец.
Возвращаемся в кабинет, и обсуждаем дела ещё какое-то время, после чего попрощавшись с братом. я уезжаю. Не успеваю зайти в дом, как на меня накидывается Лера с истерикой.
– Вот он – Руслан всемогущий, – заявляет девчонка, представ передо мной в одних трусах и незаменимом топе. – Скажите мне, Руслан… Как тебя там по батюшке? Ты кем себя возомнил? – последнее она выкрикивает, сжав свои кулачки.