Фуюцки намек понял и последовал за ним. Уже по дороге в столовую полковник вдруг спросил его:
— А вы уверены, что "серафим" вообще стоит внимания?
— К чему этот вопрос?
— Его поведение — это поведение хищника. Агрессивная реакция следует либо при непосредственной угрозе, либо для удовлетворения жизненных потребностей. Я думаю, моему отделу лучше забыть о его существовании. Пусть с ним возится полиция и спецслужбы.
— Вы только что говорили, что можете его поймать.
— Нет. Я говорил, что его вполне реально уничтожить.
— Необходимость поимки "серафима" живым и дееспособным не обсуждается. Таков приказ Командующего.
— Замком, вчера я потерял убитыми дюжину человек, это ощутимая доля моего штата. Сотрудники не говорят открыто, но их дух подорван. Второй отдел — не криминальная полиция и не антитеррористическое подразделение, и отправлять нас на охоту за таким зверем — все равно что ловить каппу в горном потоке. Я приемлю неизбежные жертвы, но только в том случае, если мне ясна цель, ради которой они приносятся. В данном случае я не вижу этой цели, только прихоть Икари.
— Тем не менее, мы не вправе отдать это существо в чужие руки.
— Что в нем такого?
— Оно куда опаснее, чем вы можете себе представить.
День Х
Вдох–выдох. Тупая давящая боль растекается в груди, пока LCL заполняет легкие. Вдох–выдох. Сейчас операторы на мостике проверят все поступающие к ним данные и дадут команду на активацию. И тогда в ее руках окажется сила Евангелиона. Вдох–выдох. Громадная сила, оплаченная болью, и от того ненавистная и драгоценная одновременно.
— Активация Евы‑00 завершена, уровень синхронизации — 57 %.
67 %? Неплохо, весьма неплохо. После боя с Пятым удерживать в узде Евангелион стало немного проще.
— Активация Евы‑01 завершена, уровень синхронизации — 59 %.
— Активация Евы‑02 завершена, уровень синхронизации — 68 %.
Они все–таки смогли. Значит, она не зря потратила всю прошлую ночь, буквально из руин восстанавливая души Второго и Третьего Дитя. Выправить все не удалось, да и невозможно это было сделать всего за несколько часов, но, по крайней мере, они получили хоть какую–то мотивацию. Рей поерзала в ложементе, готовясь к перегрузкам, и припомнила короткий разговор, что состоялся уже под утро, когда навестила одного старого знакомого.
— Все случилось именно так, как я и предполагала.
— Рей, отстань, — вяло ответил знакомый, съежившись на крохотной зеленой лужайке окруженной пеплом. — Я сейчас валяюсь обколотый по самые ноздри наркотиками на одном из подземных технических этажей, и у меня нет ни сил, ни желания выслушивать твои нотации.
— Не увиливай от темы.
— Что "не увиливай"? Я тебе все сказал — мое дело место расчистить. А ты вроде неплохо справилась с остальным.
— Справилась. Не благодаря тебе. Но если бы меня тут не было…
— Если бы тебя тут не было, меня бы здесь не было тем более! Сидел бы сейчас на вилле, купался в бассейне, пил ананасный сок… не вылезая из бассейна. И главное — ни одного человека на сто километров вокруг! За что вообще ты мне пеняешь?
Рей начала терять самообладание, хотя голос ее пока оставался ровным.
— За то, что ты творишь все, что в голову взбредет, и не думаешь о последствиях. Решил помочь Второй и Третьему? Хорошо. Только какой смысл лечить больную голову ее отсечением? Заметь, я не говорю о том, сколько людей ты убил вчера.
Алекс поднял на нее глаза. Не пустые глаза прирожденного убийцы, которые она увидела три месяца назад, а налившиеся отчаянием и болью глаза человека.
— Ты даже близко не знаешь, из чего складывается моя жизнь. Ты можешь залезть в мою память, но ты все равно не понимаешь, каково это — ежедневно, ежесекундно выдерживать поток людских мыслей. Да любой человек сошел бы с ума моментально! И каждое мгновение это "жизни" — отчаянная борьба за собственный рассудок, и первая же ошибка — это превращение в безмозглый, пускающий слюни кусок мяса, утративший личность, растворившийся в хоре чужих душ…
Он опустил взгляд к земле и принялся ковыряться пальцем в траве.
— Вчера я не хотел никого убивать. В этом не было ни малейшего смысла, это даже было вредно. Все что мне нужно было — информация о заказчике, контакты, по которым можно выйти на Комитет. Потом можно было бы просто исчезнуть без следа. Черт, я даже толком не помню, что произошло! — Алекс тихо вздохнул. — Хотя чего оправдываться, раз уже все случилось? Рано или поздно я должен был потерять контроль. Я и с тобой сейчас могу разговаривать только потому, что у меня в жилах больше морфия, чем крови.