- Это наука о цифрах. Только не о числах как таковых, а о... - тут клирик смутился и попытался пояснить. - Наука о цифрах, насколько сильнее и живучее придуманная ими нежить...
- Мои родители и целое село погибло ради того, чтобы проверить нежить?
- Скорее всего, да, - кивнул Снек. - Прости, мне неприятно это говорить, но пока вся эта ситуация выглядит именно так. Иначе некромант так просто бы от нас не отстал. Так, проверил, кто мы такие, и на этом все.
- Больные ублюдки просто проверяли, насколько мощная у них получится тварь. Вот и все, - буркнул Гош. - Нечего тут размусоливать... Мне тоже жаль, что так вышло, но тебе лучше привыкнуть к отношению магов к людям.
Тройка путников поднялась на холм, с которого открывался чудеснейший вид на деревню, в которой дымились печи. Рядом виднелись засеянные поля, вдалеке переливалась поверхность речки.
- Ну вот, - вздохнул Снек. - Медовое. До монастыря осталось немного.
- Медовуха, - выдохнул Гош. - А ведь обещал сюда вернуться!
Арифей взглянул на клирика, затем на паладина и спросил:
- Почему вы не остановите ковен? Почему вы не боретесь с темными? - спросил парень, заглядывая в глаза церковных служителей.
- Это политика, - отвел взгляд клирик. - Мы не можем вмешиваться в дела баронства Гешальт без их дозволения... или просьбы.
- Послушай меня, парень, - вздохнул Гош и присел на одно колено рядом с подростком. - Политика... Это то самое дерьмо, что с себя никогда не смыть. Один раз замараешься и до конца жизни будешь вонять. Что бы ни случилось - не лезь в нее. Слышал меня?
- Да.
- Тогда сожми зубы и делай то, что можешь.
- И что я могу?
- Для начала стать сильнее, а там, кто знает. Может подвернется случай снять шкуру с той суки, что устроила бойню в твоей деревне.
- Гош!
- Что?
- Не сквернословь! Это грех и...
- Я готов ответить за этот грех перед Единым, но по-другому этих выблядков я называть не собираюсь, - рыкнул Гош. - Пойдем. Будем тянуть - нас накроет ливень.
***
Ливень прошел около часа назад, оставив за собой мокрые листья. Ручьи наполнились и зажурчали с новой силой. Но дождь до конца еще не окончился.
Остатки влаги с неба падали мелкими каплями, создавая гнетущее ощущение. К утру, под мелкую морось поднялся холодный ветер, отчего на улице стало еще неуютнее.
ХЛЮП
Нога человека, одетого в серую мантию, наступила в лужу.
Мужчина с глубокими морщинами на лице поправил глубокий капюшон и подошел к костным остаткам на земле. Его взгляд поднялся, и он осмотрел сожженную деревню.
Он глубоко вдохнул носом воздух, замер на несколько секунд и улыбнулся.
- Хорошо, - прошептал он и опустил взгляд вниз.
Его рука с длинными когтями направилась к костяку, а губы зашептали: