Добыча Беркута: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

- Да просто поехал за тобой, чтобы поговорить, но ты решила развлечься, напилась, - пожал Динар плечами. - Я тебя не мог оставить в таком состоянии.

- Ты следил за мной? – немного напряглась я. Напиток уже произвел свое расслабляющее действие, и почему-то Динар уже не казался таким прилипчивым. Напротив, я вдруг захотела воспользоваться возможностью выведать что-то о Марате. Я так долго запрещала себе интересоваться его жизнью. А когда увидела, такого холеного, степенного, лощеного, что и не узнать даже, захотела страстно понять, как же бесшабашный парень, вечный мятежник, превратился в нового Марата. Это как если бы вольный конь, обожающий простор, впрягся в плуг.

- Такого намерения у меня не было, но да, выходит, что следил. Но ты же не будешь злиться? – Динар взял меня за руку и поцеловал запястье. От такого старомодного знака внимания стало не по себе. И я попросила:

- Динар, не стоит. Пожалуйста. Ты хотел мне что-то сказать.

- Ладно, не буду тебя трогать, - кивнул он головой, складывая руки на груди и откидываясь на спинку сиденья. – Хотя это сложно. Ты такая красивая.

- Динар! – воскликнула я, как маленькому, который слишком много озорничает.

Он усмехнулся, и обстановка немного разрядилась.

- Но это правда. И в этом-то вся и проблема.

- Как так? – удивилась я.

- Лер, скажу как есть. Брат все еще по тебе сохнет. Ты его погубила, когда уехала. Просто себе представить не можешь, что он пережил. Что мы все пережили. Мать, отец. Виола вытащила его, спасла. Сейчас все у него ровно. И тут ты снова приезжаешь. Может быть рецидив.

- Рецидив? О чем ты? Ничего не понимаю! Так говоришь, будто я его физически покалечила, а сейчас приехала и добила. Я тоже, знаешь ли, тяжело переживала. Но ничего – выжила. И он не мальчик. Судя по всему, оклемался и живет припеваючи.

Я впилась взглядом в Динара. Последняя фраза была произнесена с умыслом, что он начнет переубеждать и рассказывать, как Марату сейчас плохо и он умирает от любви ко мне. Глупо, но мне бы это польстило, как и любой другой девушке в подобной ситуации.

- Не мне тебе рассказывать, что тут было, когда ты уехала, - строго сказал Динар, словно закрываясь. Тяжело вздохнул, снова хлопнул рюмку водки, не закусывая. Я почти осушила свой бокал, отбросив трубочку. У меня было ощущение, что я в казино и ставлю все на «зеро». Адреналин бурлил в крови. Я только от одних разговоров о Марате и нашем прошлом чувствовала взбудораженность, как будто опасный дикий зверь внутри меня питался чужими болезненными эмоциями. Вот Динар расскажет, как Марат страдал, и зверь полакомится.

- Но ты же меня нашел, начал этот разговор, а сказав «А», говори и «Б», - подначивала я, не собираясь сдаваться. Теперь Динар попался в мои сети. – Если хочешь, чтобы я изменила все свои планы и уехала, дай мне весомые аргументы.

- Да ты акула, - удивился Динар, и я заметила, что глаза его осоловели. Он явно опьянел, да и я не отличалась ясностью сознания. Вдруг я расхохоталась. Видимо, выходило напряжение.

- Прости, - со смешком сказала я, кладя руку на покрытую щетиной щеку Динара. – Ты такой хороший, заботишься о брате. У вас, наверное, все в семье такие – своя рубашка ближе к телу? Меня не спросили, какие у меня планы? Уезжай - и все тут! А если я домой хочу, с мамой и папой жить, с сестрой отношения наладить, я по-русски хочу говорить, понимаешь, Динар? Задолбалась на трех языках изъясняться. Я уже думаю на какой-то мешанине. Да, черт, зачем я тебе все это рассказываю? Тебе, наверное, неинтересно. Сидишь тут со мной, выслушиваешь всякий бред, а брату нужно сообщить, что ты меня уговорил, да? Это он тебя послал? А какие методы убеждения посоветовал использовать? Думает, знает меня? Что он там себе придумал, а?

- Эй-эй, Лер, угомонись, - попробовал успокоить меня Динар, но я распалялась все больше:

- Да мне твой Марат на хрен не нужен! Понял? Пусть женится на своей идеальной Виоле, пусть делает что хочет! Мне от него ничего не надо! Пусть не беспокоится, что встретит меня. Я уж постараюсь, чтобы мы не пересекались. А вообще… С какой стати я, спрашивается, должна об этом думать? Если его так моя персона нервирует, пусть сам уматывает в другую страну. Да хоть на Луну, лишь бы от меня подальше! Это он тебя послал, да? – спросила я жалким голосом, уже не помня, что наговорила и куда вообще меня занесло. Голос осип, а лицо горело. Я чувствовала себя безумной и откровенно пьяной.

- Нет, Марат не знает, что мы здесь, - твердо произнес Динар, сверля меня взглядом.

- Что ты так на меня смотришь? – взорвалась я. – Открой Instagram и пялься, сколько влезет, раз я тебе нравлюсь. А сейчас не смущай. Пошли танцевать лучше, - вдруг решила я и вскочила с места. – Не могу на месте сидеть.

- Ты иди, мне на звонок ответить надо.

Динар поднес светящийся смартфон к уху, а я пожала плечами и, шатаясь, пошла на танцпол и протиснулась в самый центр. Музыка уносила меня далеко-далеко. Туда, где не было ничего, отягчающего жизнь. Где царила свобода, бескрайняя и бесконечная. Такая осязаемая, что, казалось, я могу пить ее, хватать руками и прижимать к себе, впитывать всем телом. Она словно прошибала меня насквозь, по влажной от испарины коже проносились колючие искорки и зажигали все тело. Какое необыкновенное и непривычное ощущение. Настолько сильное, что от него хотелось улыбаться, кричать во весь голос от радости, распевать песни. Я тонула в восхитительной эйфории и летела, летела, летела на свет… Но очнулась я во тьме.

Глава 3

Как же меня пугала неизвестность. Нет ничего хуже, когда не можешь нащупать временной отрезок в памяти. Что угодно могло случиться. На самом деле вариантов было не так много. Осмотрев себя, я отметила разорванные колготки, обломанные ноги, растрепанные волосы. Потасовка, драка, изнасилование… Вот его точно не было. Я бы почувствовала. Или нет? Меня замутило.

- Останови! Меня сейчас стошнит! – прохрипела я в затылок Марату, надеясь, что угроза порчи шикарной тачки его хоть как-то затронет и он обратит на меня внимание.

Подействовало. Машина резко затормозила, прошуршав колесами по палой листве. Я не успела посмотреть, вызвала ли хоть какую-то реакцию Марата – меня скрутило спазмами тошноты, и я вывалилась из машины на землю, утопая ладонями и коленями во влажных пожухлых листьях. Свежий осенний воздух с моросью дохнул мне в лицо. Тошнота отступила. Глубоко дыша, я с трудом встала. Марата рядом не наблюдалось. Жутко хотелось пить, но больше – узнать, что мы делаем в лесной глуши.

Мой бывший оставался загадочным Бермудским треугольником. Я боялась, что не смогу пробить его броню, которой он защитился от меня, став чужим и холодным. Он пугал меня, будто находилась рядом с незнакомцем. Обезоруживал непроницаемым лицом. А ведь раньше я читала его как открытую книгу. Мы понимали друг друга с полуслова, по жестам, взглядам. Нет! Я не буду сейчас вспоминать те времена. Прошлое должно оставаться в прошлом. В нем так просто заблудиться, не найдя выхода обратно. Надо жить настоящим и смотреть в будущее. Я твердо заявила себе, что больше не стану оглядываться назад. Я уже не та девчонка, которой было легко манипулировать. Не та, которую можно игнорировать и оставаться при этом безнаказанным.

Когда Марат завел мотор, я скрестила руки на груди и, прислонившись к холодной задней двери, просто стояла и ждала, пока Мистер Невозмутимость выйдет наружу. Пора было поговорить. Я не намерена ехать туда, куда ему приспичило меня отвезти без разрешения. Это похищение, так ему и скажу.

Прошло точно не меньше минуты, прежде чем Марат соизволил открыть дверь и подойти ко мне. Я почувствовала его присутствие раньше, чем увидела холодные колючие глаза и сжатые недовольно губы. Первым инстинктом было отпрянуть и прижаться к машине, а лучше убежать. Но что это даст, да и куда? Не в лес же на тонких шпильках ковылять. Поэтому я выпрямилась и посмотрела прямо в глаза Марату. В них отражался свет луны, особенно яркой сегодня. Она не давала мне спрятаться, у меня не было на это ни малейшего шанса.

- Ну? – сказал Беркутов просто и коротко, и я сразу подобралась, обнаружив, что вся храбрость испарилась. Да что же это такое! Одно безобидное слово – а я уже дрожу как осиновый лист, чувствуя, как от волнения потеряла дар речи. А Марат придвинулся ближе, спрашивая еще грубее: