Я показал ей «ксюху» и мигом затолкал назад в коридор, прижав к стене.
— Уголовный розыск. Не вздумай кричать!
Отреагировала Галина на удивление спокойно. Лишь ожгла меня злым взглядом, но ни кричать, ни вырываться не стала.
Парни ворвались в квартиру следом за мной и мгновенно разбежались по комнатам. Вернулись почти сразу.
— Никого нет. Только ребёнок спит.
— В чём дело? Я законов не нарушала, — подбоченилась Галина.
— Дело в твоём любовнике — Чухонце.
— Каком ещё Чухонце?
— Ты мне тут дурочку не валяй. Мы знаем, что ты с ним шашни водишь.
— Вы ошибаетесь, — гнула свою линию она.
— Уголовный розыск не ошибается. Пошли в зал.
Квартира у любовницы Чухонца оказалась большой и просторной. Обычно такую дают на несколько семей, но Галина жила здесь одна с ребёнком.
— Кому принадлежит жилплощадь? — спросил я.
— Мы… То есть я снимаю квартиру, — ответила она.
— Хорошо устроилась.
Я оглядел зал. Явно дорогая обстановка: массивные шкафы, комод, мягкий диван. В центре праздничный стол и несколько стульев. На окнах толстые занавески.
— Что вам от меня надо? — Самообладание начало постепенно оставлять Галину, она занервничала.
Понятно, скоро должен заявиться Чухонец, а тут такой подарок!
— От тебя ничего. Нам нужен Чухонец. Будешь вести себя правильно — отделаешься лёгким испугом. Заартачишься — пеняй на себя, пойдёшь прицепом за Чухонцем, а по какой статье — придумаем.
— Глупости!
— Напрасно сомневаешься! Ты — взрослая женщина, мать. Не думаешь о себе, подумай о своём ребёнке. Что с ним будет, если ты попадёшь в тюрьму?! — задел за живое я.
Галина нахмурилась, закусив губу.
— Хорошо, — наконец, сказала она и направилась к окну.
— Куда? — остановил её я.
— Цветы полить, — удивлённо произнесла женщина. — Я как раз собиралась это сделать перед вашим приходом.
— А ну — садись! — Я указал кивком на диван.
— Но!
— Садись, я сказал!
Знаю я эти конспиративные штучки: наверняка есть у них с Чухонцем какая-нибудь договорённость — поменяет местами пару горшков с цветами, значит, в доме засада.
Галина опустилась на диван, положив нога на ногу. Её глаза растерянно забегали.