- Все это ничего не доказывает, - перебил его Редверс без раздражения, - раз вы не были свидетелем.
- Я слышал от надёжных людей... – начал было очкастый, однако Редверс снова его перебил:
- И где эти люди, видевшие список, на котором отмечен час нашей смерти?! А если существует предопределение, то зачем нам даны воля и рассудок?
В это время индус окинул всех спокойным взглядом и сказал:
- Господа, к чему пустые споры? Вы хотите доказательств? Тогда предлагаю испробовать на себе, может ли человек располагать своей жизнью.
- Кто это? – спросил я Вернера.
- Лейтенант Бурман. Из колониальной аристократии. Раньше служил в Индии, но затем перебрался сюда. Из чего делаю вывод, что его род совершенно разорён. Хотя, возможно, у него здесь семейные дела. Кто знает. Странный тип.
- Чем это?
- Почти не пьёт и с женщинами не знается. Говорят, жена полковника, под чьим началом он служит, неравнодушна к его выразительным глазам, - доктор усмехнулся. - Но Бурман всерьёз сердится, когда на это намекают. Лично я думаю, что он голубой. Кхм… Впрочем, неважно. В любом случае, если Бурман что и скрывает, то не свою страсть к игре. За зеленым столом забывает все, хотя чаще проигрывает. Однако неудачи только подогревают его упрямство. Мне рассказывали, что однажды во время карательной экспедиции в колонии он метал банк, и ему везло. Вдруг раздался сигнал тревоги: на лагерь напали тролли, орки и двое менталей повстанцев. Все вскочили и бросились к оружию, а Бурман даже не шелохнулся, пока не докинул талью. Его противник, убегая, поставил на семёрку. Так Бурман не успокоился, пока во время боя не отыскал его и не расплатился за проигрыш. И только после этого бросился в атаку.
- Какой у него ранг? – спросил я, с интересом наблюдая за индусом.
- Точно не скажу, но думаю, не ниже Ратника. Я видел, как он играючи разделался с шестью противниками, вздумавшими спьяну сделать замечание его костюму.
- Такой франт?
- В том-то и дело, что почти всегда ходит в форме. Думаю, в гражданском ему некомфортно. Возможно, Бурману кажется, что он выглядит в обычном костюме нелепо. Так что шутка пришлась не ко двору.
Мне вдруг захотелось всколыхнуть эту компанию. В основном, чтобы посмотреть на реакцию Редверса. Уж больно скользким выглядел этот тип.
Сделав шаг вперёд и оказавшись таким образом возле ломберного стола, я громко сказал:
- Предлагаю пари! Утверждаю, что предопределения нет!
С этими словами я выложил на зелёное сукно три тысячи фунтов. Ставки игроки делали по пятьсот, так что моё предложение выглядело в самый раз – не много, не мало.
- Принимаю! – тут же отозвался Бурман. Глаза его оживились и заблестели. – Энтони, ты будешь судьёй, - обратился он к адъютанту барона Кобема. Похоже, они были хорошо знакомы. Возможно, даже служили вместе. - Вот две тысячи, ещё одну ты мне должен.
- Хорошо, - сказал адъютант, выложив деньги. - Только не понимаю, как вы собираетесь разрешить спор.
Судя по выражению лиц, это интересовало всех присутствующих. Некоторые гости подтянулись к столу и с любопытством ожидали продолжения пари. Редверс молча курил, прищурившись. Он явно был заинтригован.
Бурман достал из кобуры полуавтоматический «Зауэр» и положил рядом с деньгами. Взгляд у него сделался какой-то безумный.
- Что это ты задумал?! – обеспокоенно спросил адъютант.
Индус улыбнулся, обнажив мелкие ровные зубы.
- Как видите, господа, моё табельное оружие не подходит для нашей цели. Нет ли у кого из присутствующих револьвера?
Чуть помедлив, я достал из кобуры «Питон» и протянул индусу рукоятью вперёд.
- Прошу.
- Что бы делаете?! – возмутился адъютант. – Он же собирается устроить русскую рулетку!
- Именно так! – снова улыбнулся Бурман. – Благодарю!
Ловко откинув барабан, он вытряхнул на стол патроны, оставив только один. Щелчок – и смуглая ладонь раскрутила барабан.
- Испытаем судьбу, господа!