Право на вмешательство: читать начало книги онлайн

Фантастический рассказ

Мы должны нести другим планетам

Благовестье маленькой Земли.

В. Брюсов

1.

Правый берег большой реки, на котором стоял Георг, широкими обрывистыми террасами спускался к великолепным пляжам из мелкой гальки, рассыпанным у самой кромки воды. На террасах раскинулись мягкие сочные луга, запятнанные местами тёмными, причудливой формы островами зарослей колючих кустарников. Ветер ворошил их, и сверху казалось, что это большие амёбы прыгают по зелёным ступеням к воде. На самом краю верхней террасы, где стоял Георг, приютились несколько неярких, но свежих, как личики младенцев цветков.

Левый, противоположный берег, был пологий, степной, уходящий в бесконечность. У самого горизонта можно было рассмотреть тёмные языки лесов, вторгающиеся в эти степные просторы. На берегах, да и в самой реке процветала Жизнь.

На левобережье, в степях, бродили стада животных. Несколько спрутоподобных гигантов вломились в одну из рощиц, разбросанных по степи, и лакомились молодыми побегами. Они медленно, но мощно действовали каждый тремя хоботами. Одним наклоняли верхушки деревьев, другим срывали охапки веток и отправляли их в пасть, третьим отмахивались от летающих вокруг паразитов или нащупывали очередную порцию пищи.

Какой-то хищник огромными прыжками настиг стадо двуногих ящеров, пытаясь похитить детёныша и полакомиться им. Те, поняв, что бегством спастись не смогут, «организовали» оборону. Окружив детёнышей, они легли на спину, выставив мощные задние лапы вперёд. Зверь бешено ревел, метался, получая жестокие удары. Сокрушительный удар обоими лапами самого крупного ящера, видимо вожака, завершил эту кровавую первобытную драму. Хищник, вращаясь в воздухе, подлетел вверх на добрый десяток метров и ахнул на землю всем своим немалым весом. Только когда победители удалились, зверь пополз, жалобно и сипло воя. Ещё долго над степями и рекой раздавались его вопли.

— Красивый молодой мир, — подумал Георг. — Земля в древности была подобна этой планете. Правда, в здешней атмосфере больше кислорода, и не случайно.

Исследуя планету с орбиты, земляне не обнаружили ни одной пустыни. Каждый клочок суши был покрыт лесами и степями, поросшими высокими травами. Поэтому планете дали имя — Вэрда, что на языке Эсперанто значит «зелёная».

— Этот мир станет новой родиной человечества, — мечтал юноша. — Первые поселенцы построят на этих террасах красивый город с домами-башнями, парками, заводами. На противоположном, пологом берегу будет космодром. Жители города по вечерам залюбуются зрелищем стартующих на орбиту транспортов. А по этой реке, название которой ещё не придумано, будущие переселенцы устремятся вглубь континента. Построят новые города, посёлки. Создадут промышленность, не калечащую природу. Вредные производства, разумеется, останутся в космосе. По этой же реке люди спустятся к океану, заселят два других материка. Через несколько поколений планета станет новым островом разума во Вселенной и новым источником Разума!

Георг был молодым лаборантом разведгруппы из сорока человек, высадившейся на Вэрду. Он собирал образцы почв, растения, мелких животных, снимал на видео крупных зверей. Его, родившегося на космическом корабле, и знавшего только предельно рациональный распорядок приборов, лабораторий, биороботов, самодисциплины, кондиционированного воздуха и искусственного запаха фиалок или роз (по выбору) перед сном, поразил и опьянил этот сверкающий, свежий, великолепный мир!

— Побуду здесь ещё немного, — думал он, — задание я выполнил, до возвращения в лагерь ещё полчаса. Если чуть припоздаю, скажу что задержался — ловил вот этого красавца-махаона.

«Махаоном» он назвал животное, напоминавшее ящерицу, имевшее перепонки по бокам между передними и задними лапками. В момент прыжка перепонки вытягивались, образовывали крылья, и ящерка долго планировала в воздухе. Мелкие чешуйки на её теле переливались в лучах белого солнца и давали самые неожиданные сочетания цветов. Великолепный экземпляр для коллекции старика Стокса — зоолога экспедиции. Георг парализовал её гипнолучём, когда он ловила каких-то комаров. Сейчас «махаон» сидел в проволочной клетке в грузовом отсеке карфлюга.

Какое-то чувство торжественности и радости овладело Георгом. Он — один из тех первых землян, ступивших на планету, пригодную для жизни людей. Правда, это была вторая планета земного типа, встретившаяся на пути переселенцев. Это не беда, что он не был на Сгоревшей. Ведь здесь, на Вэрде, мир полон жизнью до краёв. Скоро, может быть через месяц, врачи получат вакцины от местных вирусов и бактерий, и тогда можно будет дышать вольным воздухом этих степей, свободно двигаться без скафандра, бежать к реке, прыгая с высоких террас.

Озорная мысль мелькнула в его голове. Он освободил дужку замка, прижимавшего прозрачный шлем к наплечнику комбинезона. Между уплотнением наплечника и краем шлема образовалась неширокая щель, в которую сразу хлынули звуки и запахи юного мира. Георг ужаснулся собственной дерзости. Наказание за это проступок будет суровым.

Но, ничего не случилось. Ноги не подкосились, не поплыли в глазах красные и злёные круги.

Упругий прохладный ветер, пахнущий озоном, терпкими и пряными травами, цветами, ворвался под шлем, затрепал волосы. Георг услышал чёткие, настоящие звуки этого мира, а не синтезированные микрофоном пародии. Он понял, что ОН — первый землянин, вдохнувший этот воздух, услышавший звуки новой родины человечества.

Он снял шлем и положил его на предплечье согнутой левой руки, совсем как древний капитан Кук держал шляпу, стоя на мостике своего корабля, или как царь Пётр на берегу Невы. Или нет! Как Ермак «на диком бреге Иртыша» — взобрался на кручу, снял кованый шлем, опёрся на эфес шпаги, … то есть нет, … на рукоять меча, и смотрит туда, на восток, в Сибирь!

Воспалённое воображение Георга преподносило ему самые яркие сравнения из героического прошлого Земли, которые он знал только по фильмам и книгам. Ему было безразлично. Что он путает между собой красивые легенды, факты, людей, их поступки. Сейчас для него было важно, что он похож на одного из великих предков — всё равно кого — Ермака, Разина, капитана Кука или Кортеса.

«Мы завоюем эту планету как новые конкистодоры! Здесь всё будет служить человеку: воды этой реки, недра, леса и степи! Даже это белое солнце мы заставим работать на себя! Здесь взрастёт новая человеческая культура! Отсюда Разум сделает новый скачок во Вселенную!»

Восторженный юнец. Он не знал, что боевой топорик, пущенный опытной рукой из-за ближайших кустов летит вращаясь, и через мгновение, ударив в затылок, раздробит ему череп.

Георг не почувствовал перехода из яви в небытие. Через минуту в лагере разведгруппы приняли сигнал бедствия его рации.

2.

Ухр — молодой воин племени кэрров прокрался через границу вражеской страны. Здесь, на правом берегу реки кочевали племена онгов, врагов кэрров и всех племён, обитавших на левобережье. Ночью он переплыл Большую Воду, держа во рту полую тростину. Утро застало его на самой верхней террасе, и он решил передневать в густых зарослях колючих кустарников. Убедившись, что онгов поблизости нет, он позволил себе немного поспать.

Ухр часто просыпался, прислушивался, вдыхал запахи. Вокруг было спокойно. В коротких сновидениях он видел Охху, ради которой переплыл Большую Воду. Он должен убить онга и принести его гребень Оххе. Тогда она станет его женой. Сверстники будут корчиться от зависти. Ведь им, чтобы стать полноправными мужчинами, надо ждать ещё год, пройти суровые испытания. Только тогда старики назначат им жён. А больше всех станет завидывать Ухру сын вождя Рэгг. Ухр давно заметил, что он часто дарит Оххе красивые камешки; лучшую часть добычи он также отдаёт ей, как будто Охха его жена.

Нет! Не бывать этому! Ухр убьёт онга и принесёт его гребень в родное племя. Он скажет старейшинам: «Охха моя! Я был в стране онгов и победил онга. Вот его гребень!». Никто не посмеет сказать «нет»! Такой подвиг может совершить не каждый взрослый мужчина. Трудно пробраться в страну онгов. Но, ещё труднее победить онга. Потому, что онги дружат со злыми духами, которые научили их приручать крангов — летающих ящеров. Кранг верно служит хозяину. Он поднимает хозяина в воздух и летит, повинуясь его приказам, предупреждает об опасностях, защищает в случае нападения.

Ухр ждал ночи, чтобы углубиться во вражескую территорию. Его чуткий сон прервал негромкий шипящий звук, донёсшийся сверху. Кранг не смог бы его увидеть. Густая листва кустарника надёжно закрывала Ухра сверху. Но, и Ухр плохо видел своего врага. Он видел только какой-то движущийся предмет, похожий на отполированную каменную глыбу удлинённой формы. Сверху «глыба» была покрыта чем-то прозрачным. Ухр не знал стекла, и не мог подобрать для этого «чем-то» подходящего сравнения.

Несмотря на своё сходство с каменной глыбой, предмет плавно двигался невысоко над землёй и не производил впечатления чего-то громоздкого, статичного. Ухр оцепенел от страха. В его первобытном сознании не укладывалось, что камень, пусть даже такой совершенной формы, может летать. Шепча заклинания, он лежал на спине, не сводя глаз со странного предмета.