Через пару минут она отчиталась:
– Похоже, это был единственный снайпер. Можешь подниматься.
Стоило мне только стать на ноги, как я услышал у себя за спиной тот самый звук, с которым Фантомы совершали свои броски к жертвам:
– Рихард, сзади! – Только и успела заметить Вероника, как я услышал голос сзади:
– Вы слишком упрямы. Мы разочаровались в Вас. – После этого у меня в ушах начало звенеть, как во время контузии. Звон был просто невыносимым. Сначала я опустился на колени, а потом и вовсе упал на пол. Похоже, это существо задалось целью взорвать мой мозг:
– Рихард, держись! Пару секунд, прошу. – Скрежетало у меня в рации. После этого прозвучал мощный выстрел, и звон в моих ушах прекратился. Вероника использовала специальный патрон, который расщепил существо. – Ты жив? Рихард, ответь.
– Да, я в норме. – Я достал пистолет из своего пиджака и поднялся. – Поблизости еще есть твари?
– Нет, во всяком случае, аппаратура не фиксирует их излучение. Можешь спускаться. Я подберу тебя внизу.
Я пошел к лифту. На время проведения операции все туристы были эвакуированы с башни во избежание жертв среди мирного населения, поэтому по пути я не встретил удивленных лиц – башня была пуста. Там должны были быть только мы с Жюлем, но нет – нам в очередной раз помешали. И заинтересованные в его технологиях вооруженные радикалы, и, собственно, сами Фантомы, решившие прислать своего палача за нами. К счастью, в арсенале конторы уже было оружие против этих существ. Расщепляющие патроны для снайперской винтовки, одним из которых только что воспользовалась Вероника, были одной из мер противодействия.
Энергетическая пушка Паттерсена не вышла в серию по причине ненадежности и несовершенства конструкции – ее излучатель быстро выходил из строя при интенсивной стрельбе, она использовала тяжелый и опасный элемент питания – контейнер с обогащенным ураном, что делало солдата, вооруженного таким оружием, источником угрозы для окружающих. Прототип весил 45 кило и имел сильную отдачу, с которой не справлялись даже штатные компенсаторы – когда я стрелял из него в доме профессора, меня швыряло по комнате, я боялся, что останусь без рук или ног. Высокая отдача способствовала излишнему расходу боеприпасов, что резко снижало выживаемость стрелка в открытом бою с крупной группой Фантомов (в доме профессора мне повезло выжить, поскольку существа кружили надо мной роем, и у меня практически не было шансов промахнуться). Таким образом, область применения оружия профессора ограничивалась только использованием в качестве станкового орудия на бронированном транспорте, морских или воздушных судах. Для пехотного применения требовались существенные доработки конструкции. Жюль мог внести эти доработки, но нам вечно мешали:
– Кажется, я знаю, что нам нужно сделать. – Сказал я, когда сел к Веронике в машину. Во Франции ей выдали новый транспорт – Jaguar XJ 7 – эта машина была намного динамичнее, чем S-класс, на котором мы колесили по Дании.
– Хочешь забрать его дочь? – Спросила она, повернув ключ и включив фары.
– Да. Забрать и вылечить. Думаю, после этого он сам придет к нам.
– Я тут кое-что выяснила, пока ты играл в Джеймса Бонда. – Она включила «Движение» и плавно тронулась.
– Я слушаю. – Я убрал пистолет в бардачок.
– В общем, София – не его дочь. Он подобрал ее на улице и воспитал как родного ребенка.
– Это ничего не меняет, Вероника. Он оплачивал ее лечение, часто навещал ее, возил в Германию и Израиль. Он любит ее. И если мы ее вылечим, он сам придет к нам. Больше никаких проваленных явок, никаких рисков. Удивлен, что ты не додумалась до этого раньше.
– Я думала об этом, Рихард…
– Но? – Спросил я, уловив ее настроение.
– В этой методике лечения нуждаются тысячи людей по всему миру, а мы спасем только одну девочку просто потому, что ее отец нам нужен. Это слишком…неправильно для меня.
– Не знал, что ты ярая моралистка. – Я откинулся на спинку кресла.
– Я просто считаю, что это было бы неправильно. Жюль не дурак, он довольно быстро поймет, что мы вытащили его девочку с того света не просто так.
– Во всяком случае, Вероника, он перестанет думать о том, чтобы продать свои разработки «Аль-Каиде» или «ИГИЛ». Ты много сделала для того, чтобы восстановить контору. Жюль может запросто это все разрушить, переметнувшись на сторону плохих парней.
– Мне показалось, что он нестабилен, Рихард. Вылечив Софию, мы можем спровоцировать его. – Она свернула на авеню и остановила машину у обочины. – И, все-таки, ты хочешь сейчас поехать к ней?
– Да, Вероника, хочу.
Она плавно тронулась и, молча, повела Jaguar к больнице.
МАРТА И МАРГО
J12, Туманность Овна, древняя библиотека, 11 августа 2031 года
Виктория достала куб и стала крутить его в руках. Она думала, стоит ли связываться со жрецом. Она считала нашу охрану источником опасности, я же, наоборот, полагала, что угрозой являлся Хатос. Он научил девочку таким вещам, которые не подвластны обычным торусам. Теперь Марго знала и умела гораздо больше, чем эти коммандос…поразительно и очень странно.
Если бы все жрецы торусов умели силой мысли пробиваться сквозь пространство в другие миры, этой расе не пришлось бы совершать длительные перелеты для дипломатических переговоров или других целей. Куб, что Виктория крутила в руках, стал бы ненужной игрушкой, но он все еще активно использовался торусами. Возникал вопрос: если их жрецы действительно владели той техникой, с помощью которой Марго смогла показать мне измерение Фантомов, почему они не увидели этот мир раньше? Действительно ли Хатос был тем, за кого себя выдавал?