Бардовский слет на Ирени, я слышал это краешком уха, когда слушал старый приемник дома, там по другую сторону этой вселенной.
*
А я – посредине пути. Я уже знаю, как тихо присяду у костра посреди веселых бородачей, две задорные дивчины протянут мне пластиковый стаканчик с чем – то обжигающим душу и бутерброд с сырокопченой колбасой. Я буду слушать, и жмурится на огонь, протянув ноги к теплу. Когда запоют разудалистую и смешную песню – про вино и монаха, начну подпевать. Потом позовут купаться во тьме, река встретит водой похожей на парное молоко, плеском отраженной луны и запахами цветущих трав, снова – греться у костра. – Не уходи, ты прикольный, сиди с нами… Да, мне пора.
*
А пока я ложусь на узкую лавку, на прогретое за летний день дерево и буду смотреть на большие августовские звезды, смакуя, то, что будет.
*
Обратно в лагерь я заявился часов в пять утра, в вожатской, в корпусе тройка оказалось пусто. Не раздумывая, я занял одну из двух соединенных вместе коек, разбудили меня звуки горна и возвращение блудных хозяек сего приюта – блондинок – подружек гусей. Оказалось, что еще только восемь утра, скоро физзарядка, линейка и завтрак, я проспал всего три часа, однако практически выспался, все, что случилось этой ночью, казалось мне сном, хорошим, которые редко снятся дважды, в отличие от разных кошмаров…
*
Вотан встретил меня дежурной улыбкой:
– Выспался, герой?
– Ага.
Старый бог, кажется, ждал совершенно другого ответа.
Однако и он сумел меня удивить.
– Поступаешь в распоряжение Марины и Наташи, кизеловский детский дом.
Хотелось спросить, почему этот старый мууудрец не послал меня туда сразу, еще вчера, но я, не спросил. Я отправился к своим, почти не нужно привыкать, я так сложно привыкаю к новым людям и обстоятельствам бытия.
*
Наташа при виде меня удивилась, но тут – же – заулыбалась, а Марина просто начала дико ржать.
– Вот так встреча.
– Да не специально я, я пытался оправдаться. – Вотан послал.
– Ну, если послал, продолжала хихикать Маринка, – то заходи. Жить будешь вместе с нами, вон видишь, третья койка в девичьей келье простаивает. Займешься воспитанием девчонок, они у нас ченто распустились. А с парнями мы сами справимся, – хихикала как сумасшедшая противная Марина.
Я разложил свои вещи, Наташа принесла мне новый комплект постельного белья.
Потом меня повели знакомить с ребятами. На первый взгляд нормальные люди: девочки, мальчики. Особо выделялись троица мальчишек на вид лет шести семи, самые тут маленькие по росту и возрасту, в среднем, большинство – двенадцалетки и до четырнадцати, а также темноволосые двойняшки девочки – лет десяти, напомнившие мне отважных братьев татарчат, и еще – очень высокая и худая блондинистая девица, держащаяся независимо, по ходу знакомства раздававшая Ц/У остальной мелюзге.
– Знакомьтесь дети, это Кирилл. Он будет нам помогать.
– Здравствуйте, – ответил ей или мне неровный хор голосов.
– А пока все на завтрак. Кир, а ты что застыл, пойдем за нами.
– Конечно, Наташа, – и я пошел.
*
В тихий час, я спросил валяющуюся у окна на своей кровати Наташку:
– И что мне со всеми вами делать?
Наташа разулыбалась и промолчала.