— Весело получилось, хах…
Блондинка сидела за барной стойкой и изредка попивала свой заказанный алкогольный коктейль.
— Что же теперь Рэна-чан у нас будет делать? Интересно стало.
Полностью выпив свой напиток, Нагаи вышла в уборную. Но не дошла. Её мгновенно схватили за шею и потащили к стене. Та даже испугалась. Она увидела перед собой розоволосого парня, что кажется был обезумевшим. Сильно обезумевшим.
— Говори, что ты там про меня напиздела?! — спросил жёстко Санзу, крепко держа её шею, будто сейчас задушит.
— Чт… Что ты несёшь? — еле как вымолвила Нагаи, пытаясь вырваться из этой сильной хватки.
— Я всё знаю! Всё мать твою!
Санзу дальше церемониться не стал. Он достал несколько шприцов из пакета, что лежал у стены и один он воткнул ей в шею, вводя непонятные вещества без остатка. Следом пошли и ещё шприцы. Как-то помешать Нагаи ему не могла, хватка была его очень сильной. Казалось, что она вот-вот задохнётся от нехватки воздуха. Лицо начало даже краснеть и когда Санзу закончил, он резко отпустил блондинку и та упала на пол, сразу дотрагиваясь до своей шеи, начиная кашлять.
В этот день, она умерла. Умерла из-за безумно огромной дозы запретных веществ, введенных в неё. Тело и трёх часов не выдержало. Передозировка. Санзу лишил её жизни и глазом не моргнув. Кин даже не знала на тот момент, что попала в логово человека, который искал её, чтобы убить. Ведь бар «Грешники», принадлежит именно Харучиё.
Сейджи всегда был со мной. Всегда. Всегда поддерживал. Бывает осуждал мои действия и говорил, что правильно, а что нет. А я всегда слушала его. Ведь кому мне было ещё доверять? Мнения других меня никогда не интересовали, но его мнение мне всегда было важно. Этот человек был мне близок по духу. С ним было абсолютно всегда приятно находиться. Было приятно вместе пить кофе в кофейне, ходить на различные разборки в группировке. Ходить иногда на конференции вместе. А что сейчас? Сейчас ничего. Его больше нет. Не вернётся, никогда не вернётся.
Сердцебиение усилилось. Дыхание участилось до такой степени, что кажется, что она снова вот-вот взорвется. Произойдёт нервный срыв, выплеск сильных эмоций. Руки забинтованные дрожали. Она постоянно набирала себе в стакан воду и пила. Когда она нервничает, то всегда это делает.
Сейчас Рэна лежала на своей большой кровати и будто гипнотизировала одну точку на потолке. Встав медленно с кровати, она потянулась к телефону, лежащему на прикроватной тумбе. Набирает чей-то номер, совершает звонок.
— Госпожа Кацураги? Слушаю! — словно как на иголках ответил мужской голос.
Та сначала молчала, но позже, сказала то, что собиралась.
— Распустить группировку. Пусть все уходят в Брахму. Место им там найдется.
Не успел ответить мужчина, как вдруг трубка сбросилась. Сжав в руках телефон, она нахмурилась и запустила его в стену. Тот разбился. Девушка схватилась за голову двумя руками, на которых ещё не зажили порезы.
— Кто там мне говорил, что одному быть негоже?! — Рэна направилась к столику в центре гостиной и вазу с цветами столкнула на пол. — Как мне теперь быть, Сейджи?! Сам меня оставил! Теперь мне не нужен никто! Теперь я буду одна!
Она подошла к полке с книгами и их также столкнула на пол, те с шумом обвалились все до единого. И снова идут слезы из глаз, которые итак уже красные, опухшие. Она направилась к другим полкам и там также столкнула на пол все книги.
— Почему это происходит всё со мной?! Почему я?! Почему?! Что мне делать?!
Звонок в дверь прервал Рэну. Та остановилась и застыла. Вновь звонок в дверь. И вновь. Кто-то был очень настойчивым. Рэна вытерла с глаз слезы и отправилась ко входу. Посмотрев на домофоне, в котором был установлен экран, через который можно было заметить кто за дверью, Рэна никого не увидела. Но она всё-таки решила открыть дверь. Зная, что ей нечего терять, она смела как никогда. За дверью никого не было. Только белый конверт показался лежащим внизу, на поверхности. Взяв его, её дыхание снова замерло. Она увидела ту личную печать, которая принадлежит Сейджи и его роспись. Это от него. Но он мертв, так почему?
Забрав это, Кацураги направилась в свою спальню и присела на кровать. Раскрыв быстро конверт, она увидела бумагу, на котором присутствовал почерк Саито.
Единственное, что поняла Рэна, так это то, что это его предсмертное письмо.
«Рэна, если ты читаешь это письмо, значит я действительно уже мёртв.
Да. Я предполагал, что это может случиться. Я знал. Скорее всего, я нашёл Такаги. И убил его, а умер я, полагаю, в перестрелке с ним. Другого варианта быть не может.
Всё то время, за которое я с тобой не связывался, я усердно работал над поисками Такаги. Я решил, что не буду тебе говорить об этом, ведь иначе, это и для тебя может окончится смертью, а этого я не хочу. Единственный кто знал, что я иду на такое — Санзу. Я говорил с ним. Возможно и ещё раз поговорю, но не суть. Просто прошу, не вини его ни в чём. Да, он знал о моих действиях и ничего тебе не рассказал. Он знал, что я могу умереть. Но я его лично попросил ничего тебе не докладывать, ведь и ты можешь пострадать. И скорее всего, он исполнил обещание.
Знаешь, я всегда наблюдал за вашими отношениями и заметил много чего интересного. Например то, что ты его иногда ревнуешь. Да, я это заметил, а ты, похоже, нет. Ты бывает злишься на то, что он делает. Также проявляешь чувства. Я ведь хочу, чтобы ты кроме таких эмоций, испытывала и более хорошие. Хочу увидеть, хоть на том свете, как ты смеёшься или улыбаешься. И я полагаю, что этот человек, Санзу, сможет тебе это устроить. Хоть к нему я и относился с презрением, говорил, что меня не интересуют ваши отношения. Сейчас же надеюсь, что у вас всё будет хорошо.
Знаешь, была бы длинная цепь возмездий, если бы ты лично убила Такаги. Кто-то в ответ бы убил тебя, мстя за него. Возможно, за него мстить никто и не будет, но возможность этого отметать не стоит. В ответ на твою смерть, Санзу, я уверен, убил бы твоего убийцу. Или же я. А потом, убили бы следующего. Вот такая цепь могла начаться. Но чтобы этого не случилось, чтобы было у всех хорошее будущее, я решил выйти на Такаги и лично избавиться от него, даже пожертвовав собой. Полагаю, что успешно.
Помнишь, как в детстве ты ворчала на то, что репетиторы слишком глупые? Сверстники слишком низко развитые? Я помню. Было забавно. Помнишь, как ты впервые познакомилась с Моритой, когда была совсем уж маленькой? Мне кажется, что нет, ведь ты наверняка думаешь, что познакомилась с ним только в университете. Я помню, какова была действительно самая первая встреча. Это тоже было забавно. Я помню, когда впервые увидел тебя. Ты тогда даже и ходить не умела. Мы с Сэкико часто тебя навещали. К слову о Сэкико, может быть, я с ней уже встретился на том свете. В общем, просто хочу сказать, чтобы ты помнила эти хорошие моменты, которых, в твоей жизни будет ещё много, если ты продолжишь дальше жить и не терять себя. Если ты перестанешь отталкивать всех от себя. Если ты забудешь всё о мести. Если ты научишься доверять людям. Если ты откроешься им.
Да. Могут оказаться предатели. Может быть больно. Но ты не глупая и думаю, что сразу найдёшь опасного человека. И в целом, это стоит того, чтобы ты почувствовала себя по-настоящему счастливой. Чтобы ощутила те самые позитивные эмоции, находясь с интересными, добрыми, близкими людьми. Они есть возле тебя. Просто обернись. Раскрой глаза. Тебя окружают по большей части именно хорошие люди, не только плохие. Да даже Санзу оказался, к моему удивлению, надёжным человеком. Думаю, на него можно положиться. Поэтому откройся хоть кому-то, тогда тебе точно станет легче. Поддержка от окружающих будет. Держать всё в себе, лишь вредит тебе. Чувства никогда не будут чужды.
Человек становится действительно человеком, если он испытывает эмоции.