К вечеру я более или менее успокоилась. Но заниматься обычными делами не стала: прибирать не хочется, готовить ужин – тоже. А смысл? Белочкин опять вернётся около полуночи, скажет, что не голоден… А я, как последняя дура, буду сидеть на кухне часами, ждать его, пять раз подогревать остывший ужин для него…
Нет, не буду. Не буду и всё. На зло.
Я занялась недописанным сценарием. Но сосредоточиться не получалось. В лучшем случае, я с трудом «выжимала» из себя фразу-две и тут же зачёркивала их, а в худшем – просто тупо смотрела на лист бумаги, на перечёрканные строчки.
Белочкин вернулся с работы около восьми часов в прекрасном настроении ( в отличие от меня).
– Привет, – Миша улыбнулся, обнял меня.
– Привет, – я смогла улыбнуться.
Наверное, актриса я никчёмная; Миша, посмотрев на меня, спросил:
– Что случилось? Почему ты такая грустная?
– Ничего, – я положила голову ему на плечо. – Всё нормально…
На глазах выступили слёзы. Я быстро вытерла их ладонью, чтобы Миша не увидел. Сейчас я мысленно порадовалась тому, что не устроила скандал. Переборола себя, смогла спрятать слёзы за вымученной улыбкой…
Но главное – Миша сейчас рядом со мной, ведь я люблю его. Только его.
Ночью я не могла уснуть. Лежала в темноте, укрывшись одеялом, и смотрела на спящего Белочкина. Вот он, рядом со мной… Красивый, самый лучший.
От мысли, что у него есть кто-то, кроме меня, становилось жутко. А если правда есть? Тогда что?
Уж лучше я сделаю вид, что ни о чём не догадываюсь, ничего не знаю.
Я тихо плакала, боясь, что Миша проснётся и станет расспрашивать меня о том, что случилось. Ответить, что всё нормально, не смогу. А спросить напрямую – это глупо («Миша, скажи, у тебя есть другая женщина или мне это показалось?»). И больше всего я боялась, что он ответит «Да».
Глава 4
За окнами алел рассвет, когда я заснула. А когда проснулась, за в комнате было светло, время близилось к десяти часам утра. Миша уже давно ушёл в театр.
Всё прошло, как страшный сон, который в любом случае рано или поздно заканчивается. И боль, и слёзы отступили. Ревность угасла.
Жизнь вновь пестрела и переливалась яркими красками. Всё шло своим чередом.
Я позавтракала в одиночестве, села писать сценарий. В конце концов, вчера – это вчера, а сегодня – новый день. Да и работа не ждёт.
Я пыталась забыть вчерашний день, специально стёрла его из памяти…
Жизнь продолжалась.
Миша возвращался домой так же поздно, на мои вопросы отвечал односложно. Говорил: работы много. А о той блондинке я старалась не вспоминать. От одной мысли о ней у меня портилось настроение, болело сердце – и всё вело к одному: к слезам, слезам, слезам…
Сегодня днём мне в голову пришла идея: а не устроить ли романтический ужин? А что? Почему бы и нет? Посидим с Мишей один на один, поговорим, как раньше.
– Миша, привет, – сказала я, когда в трубке послышался голос Белочкина.
– Привет, – ответил он.
– Ты где? – спросила я.
– Я на работе ещё. А что?
– Нет, ничего, – я зажала трубку ухом и расставляла на столе тарелки и бокалы. – Просто соскучилась. Ты скоро домой?
– Наверное, мы, вроде, уже заканчиваем.