Избранные циклы романов о любви. Компиляция. Книги 1-11: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Довелось и это…

– И что ж? Что ж вы скажете о войне?

– Знаете… пожалуй что, снаряды свистят на ми-бемоль…

Софи вздрогнула и склонила голову.

– Спасибо! Спасибо вам. Я скоро еще приеду. Деньги привезу…

– Не торопитесь с этим, голубушка. Приезжайте так, запросто. А деньги… Что ж… В могилу с собой не возьмешь…

– Не надо, не надо, Арсений Владимирович, миленький! – Софи умоляюще сложила руки у груди, вспомнив Поликарпа Николаевича. – Если вы сейчас скажете, что долг вас не дождется, я, пожалуй, закричу… Не надо!

– Да как хотите, а только в естественном течении жизни никому укоризны нет… До встречи тогда, коли вам угодно… Я уж вижу, как вас торопыжка под спину толкает. В ваши годы и я все торопился…

– До встречи, миленький Арсений Владимирович! Я скоро приеду!

К началу концерта Софи опоздала. Огромный вышколенный слуга с лицом нибелунга помог ей раздеться, горничная в наколке проводила наверх, в залу. Ни один, ни другая не выразили ни малейшего удивления. На лестнице Софи задержалась перед портретом Николая. Безупречно правильные черты и полное отсутствие всякого выражения на лице. «Чувствовал ли он вообще что-нибудь человеческое? Или жил, повинуясь лишь чувству долга? Оттого и умер так рано?…» – Мимолетно пожалев неизвестного ей юношу, Софи вошла в зал.

Две скрипки, виолончель и флейта священнодействовали на небольшом возвышении, заменяющем сцену, повинуясь точным движениям гибких, чернявых людей. Элен, расслабившись (она уже уверила себя в том, что Софи не придет) и вытянув белую шею, внимала гладко льющимся звукам. Туманов сидел с краю, отдельно от всех, в полоборота к сцене, и по-своему обыкновению дремал. Ефима нигде не было видно. Скорее всего, он сидел в первом ряду, рядом с матерью, и его заслоняли от Софи замысловатые прически собравшихся дам.

Софи, мгновенно оценив обстановку и вытянувшись в струну, шагнула в залу. Первым и сначала единственным, кто ее заметил, был Туманов.

Он встал. Не заметить стоящего Туманова было решительно невозможно. На него оборачивались с изумлением и осуждением. Потом, проследив его взгляд, замечали Софи.

Элен Головнина, увидев подругу, ахнула и прижала пальцы к губам.

Софи была в черном (!) платье. Отделанном коричневым (!!) бархатом и коричневыми (!!!) же кружевами. На ней не было никаких украшений, кроме маленьких букетиков ландышей, приколотых к корсажу. В гладко причесанных волосах (Ариша превзошла себя, утягивая и приминая непокорные локоны), прямо над маленьким ухом тоже белели крохотные колокольчики. На этом странном фоне темно-серые глаза Софи и ее яркие губы просто пылали, а кожа казалась снежно-белой.

Все замерли. Сам наряд Софи Домогатской уже означал скандал, о котором можно рассказывать. Но что значит этот наряд?

От скрещения взглядов мужчины и женщины, казалось, сыпались на пол искры. Потом Туманов улыбнулся и прикрыл глаза. Это была именно та улыбка, которая всегда нравилась Софи – лукавая и понимающая.

От сцены к порогу залы быстро шел Ефим – высокий и ловкий.

– Софи! Вы все-таки решились… Как всегда неподражаемы! Пойдемте ж! – он предложил ей руку и быстро провел вперед, туда, где, развернувшись вместе со стулом, расширившимися глазами наблюдала за происходящим старая баронесса Шталь.

Софи приняла руку Ефима. Туманов остался стоять. На него по-прежнему оборачивались. Пожав плечами, он сел на место.

После окончания концерта вечер продолжился. На Софи смотрели странно, но Ефим и Элен практически не отходили от нее. Ефим приглашал ее на все танцы. Собравшимися это единодушно было признано неприличным. Туманов не танцевал, подпирал стену и улыбался. Никто не понимал, почему он не уходит. Баронесса говорила с ним. Те, кому удалось подслушать, передавали друг другу темы: поставка текстиля для нужд армии; запасы и добыча угля и его обязательная нехватка в случае любых серьезных военных действий; отмена податного налога на золотодобычу и возможные в связи с этим изменения в банковском деле.

Софи, несмотря на любовь к танцам и маршам, все время сбивалась с ритма. Ефим, уверенно вальсируя, шептал ей на ухо:

– Раз, два, три… Ты восхитительна, мистраль, и умна, и все делаешь совершенно верно… Раз, два, три…

Она не помнила, когда они перешли на ты, но это казалось правильным. Сам Ефим был бледен, как замерзший под забором покойник, Софи заметила это и пожалела молодого барона: «Ему-то за что все это достается?»

Все это время Софи репетировала про себя, что она скажет, если Туманов подойдет к ней и заговорит. Туманов улыбался издали. Внезапно Элен, преодолевая обморочную дурноту и змеиное шипение Василия, подошла к Михаилу и протянула ему руку. Туманов прижался губами к запястью, пряча лицо.

– Посмотрите на меня, – прошептала Элен. Туманов выпрямился и сверху вниз взглянул на молодую женщину. – Боже мой! – Элен заглянула в его глаза и не нашла слов. – Боже мой! – повторила она и, путаясь в юбке, поспешно отошла.

– Какого черта?! – злобно спросила Софи, когда подруга вернулась в свой круг.

Элен потрясла головой, словно отгоняя овода.

– Я хотела… Но то невозможно…

Именно в этот миг, словно отвечая на ее слова, к Туманову через весь зал бодро промаршировала Кэти.