- Кинг, а о чем ты написал родителям?
Идалин Клатрон в панике зашипела.
- Нет родителей – нет проблем, - это всё, чем удостоил Дин Кинг единственную соседку по общежитию.
- Послушай меня, ребёнок, я не предлагаю тебе ложь, - вожатая запрыгнула на заваленный барахлом подоконник, - Расскажи часть правды. Например, что завела новых друзей. Мамы от такого обычно в восторге, уверяю.
- Ну, на данный момент — это тоже будет обманом.
- А как же та звонкоголосая девчонка? Кричала твоё имя на всю столовую.
- Я уронила на неё поднос с фасолевым супом, когда дежурила, - обессиленно выдохнула девушка. В ушах до сих пор звенело от вопля.
- Супер! Позови её купаться на озеро.
- Она буквально угрожала убить меня, если ещё раз увидит.
- Кхм, тогда сама сходи на озеро. Развейся. Вокруг тебя сотня подростков, у которых отобрали смартфоны - беспроигрышный вариант.
- Знаешь, Ида, а ты ведь права. Чтобы стать лучше, нужно бросать вызов. Нечего сидеть и жалеть себя. Las montañas no aparecen en un Segundo. Мама будет гордиться мной.
Луз выскочила под тени шуршащих сосен и побежала вверх по тропинке, пока не растеряла решимости.
Дом Совы располагался на отшибе, в низине между двумя большими холмами и оставался самым старым из жилых помещений лагеря. Благодаря высоким густым деревьям, днём обитатели могли наслаждаться спасительной прохладой, а ночью не сомкнуть глаз из-за пугающих звуков. Полы внутри безбожно скрипели. В уличном туалете жили огромные пауки. Запах сырости моментально въедался в постельное белье и одежду. Во время ливней крыша протекала в шести местах. Для любого вожатого распределение сюда превращалось в трагедию, приправленную унижением, но только не для Идалин Клаторн. Она обожала разваливающийся коттедж, который десять лет назад стал свидетелем лучшего лета в её жизни. Теперь предвкушение того, как новые впечатления юных подопечных будут наполнять старый безжизненный дом, вызывало у женщины светлую зависть.
***
- Наказанным нельзя! – широкоплечий парень в белой футболке так злобно рявкнул, что минимум дюжина ребят выскочили из воды на берег. Луз сделала вид, будто не заметила, что вожатый обращается именно к ней, и попыталась прокрасться на пирс. Страж порядка нагнал девчонку с такой же легкостью, с которой та вляпывалась в неприятности.
- Хей, эм… Хантер! – Носеда прочитала имя на бейдже, что болтался перед её носом, - Я просто хочу поболтать с кем-нибудь. Последние четыре дня проторчала в жуткой хижине посреди леса. Осознала все промашки и готова двигаться дальше. Типа завести пару лучших друзей навечно… Может быть, ты хочешь стать моим первым другом?
- Я стану первым, кто научит тебя уважению. Иди за мой, выпишу тебе «страйк». Посидишь ещё недельку в компании ведьмы. Слышал, у вас в домике воняет, как в выгребной яме…
Блондин Хантер с крутым шрамом на подбородке сбился с важной походки всего через несколько шагов. Он не сразу понял, почему потерял равновесие и летит лицом вниз с пирса на глазах у толпы зевак. А вот Луз, осознав, что наступила на задник вьетнамок вожатого, рванула подальше от пляжа - с глаз долой. И слушая проклятия, догоняющие её сквозь широкие стволы. Наверное, за одно лишь мгновение она набрала столько «страйков», что придётся жить в Доме Совы до конца лета.
***
Наказанным запрещалось посещать любые места отдыха и развлечений, а из-за происшествия с фасолью Луз выселили обедать на улицу – подальше от потенциальных жертв её неуклюжести, которую приняли за неистовое хулиганство. Христианская молодёжь не собиралась понимать и прощать. Чтобы оборвать череду неудачных стечений обстоятельств, девочка проштудировала правила лагеря вдоль и поперек, случайно обнаружив идеальную лазейку: библиотека не признавалась зоной развлечений.
Первый этаж административного здания приютил несколько потрёпанных томиков приключений Поллианны, журналы о вязании, полное собрание энциклопедий по домоводству, целый стеллаж серии романов «Благочестивые женщины», и сверкающие девственной новизной сочинения Толстого.
- Ты!
Носеда обернулась на душераздирающий визг. Бордовое от злости лицо. Собранные в тугой хвостик короткие каштановые волосы. Девчонка, недавно облитая супом, выглядела так, будто она вот-вот задохнётся от желания за раз высказать всё накопившиеся претензии.
- Тебе сюда нельзя!
- Мм… можно! – неожиданно для себя выпалила Луз, - Посмотри в правила.
- Убирайся!
- Как только найду что-нибудь почитать.
- Не прикасайся к ним! – разъяренная девушка замахнулась на обидчицу шваброй. Без зазрения совести Носеда дразнящим движением провела рукой над пирамидкой «Хроник Нарнии».
- А где прячешь «Добрую ведьму Азуру»?
- Что?! Ты не заслуживаешь Азуру, - в момент, когда последняя капля защитницы чтива прорвала дамбу ярости, Луз по-новому взглянула на неё – с нескрываемым восторгом. Впервые в реальной жизни она столкнулась с поклонницей историй о доброй ведьме. Смущение заставило Носеду оступиться назад, а невезение врезаться спиной в стеллаж. «Благочестивые женщины» посыпались вниз, словно перезрелые сливы.