Неторопливо выбираюсь из душа, обматываюсь полотенцем и иду на поиски сбежавшей птички. Даю ей время остыть, подумать и прийти к своему мнению. В этом деле главное не давить. Пусть привыкает постепенно.
- Ой. – детский возглас застаёт меня врасплох. Я не забыл о маленькой девочке в доме, я думал, что она спит уже в это время. Теперь Ксюша испытывающе рассматривала меня, одетого только в махровое полотенце. – А Вам так не холодно? Вы еще весь мокрый…
- Нет. – честно отвечаю девочке, упуская подробность – с ее мамой точной не замёрзнешь. Хотя, по ее кивку и блеску в совсем не детских глазах, понимаю, что она и без того все понимает.
- Ну я пойду? – спрашивает немного виновато она, но никак не смущенно. – Бабушка ждет.
Лишь киваю, наблюдая, как она с гордо поднятой головой, бросает на меня последний взгляд и прыская, скрывается в спальне. Вся в мать.
- Сонечка, ты где? – пытаюсь найти сначала свою колючую птичку в гостиной и на кухне, потом выбираюсь во двор. Скорее всего пошла воздухом подышать. Но её не оказывается и там. – Вряд ли ты решила в прятки поиграть…
Все тело недобро напрягается. С одной стороны гулять как идиоту без трусов и босиком по площадке не хочется, но с другой, шестое чувство подсказывало, что лучше не терять время.
Быстро, придерживая полотенце, я пересёк расстояние до домика охраны и вбежал туда. Мужики по камерам видели, что я к ним направляюсь, поэтому растерянно встречали меня еще у входа.
- Георгий Александрович, случилось что?
Конечно, случилось, Буратино, если взрослый мужик по всему периметру бегает с членом на перевес.
- Соня, где? – гарную командным голосом, ускоряя вращение шариков в их мозговых коробках, чтобы думалось лучше. – Ну?
- Дома. – говорит Петр, начальник охраны дома. – Из дома кроме Вас никто не выходил.
- Включи камеры все дома, найди ее. – внутри все неприятно натягивается. Они смотрят на меня как на дурака, считая что я с ума сошёл, бабу в кровати найти не могу. – Мне повторить, нах, нужно?
Шестое чувство никогда меня не обманывает.
Камеры в доме вели запись круглосуточно во всех комнатах, но доступ к просмотру в большинстве комнат к ним был только у меня. Нечего этим Буратино рассматривать как я сплю, ем и в туалет хожу. Поэтому прикладываю палец к сканеру, чтобы подтвердить доступ для входа в систему.
На мониторах появляется изображение всех комнат дома. И ни на одной из них нет Сони.
- Как Интересно получается… из дома никто не выходил, так где Соня? – мой голос обманчиво спокоен. Внутри такой раздрай, что готов посворачивать им головы, как курицам.
Все присутствующие напрягаются.
- Минуту и мы все выясним. – слабым голосом говорит Петр, напряжённо пялясь в экран.
- Нет у тебя, твою мать, Буратино ты не выстроганный, ни одной сраной минуты! Где этот припадочный качок? Не вижу его?
- Ээ… Пробивай его! – мне не удается сдержаться и я ударяю Петра, разбивая ему нос. Просмотрел.
В очередной раз убеждаюсь, что если хочешь что-то сделать хорошо, сделай сам. В комнате и на камерах не было видно одного из охранников. И не было Сони. Это было очевидно и как дважды два.
Он похитил Сонечку.
+++
Все слишком запутанно и сложно. Пазл так и не складывается, как долго бы я его не вертел.
- Если в течении тридцати минут, Вы мне скажете, где ее держат, будете искать новую работу. – чеканю я, при этом нисколечко не нагоняя страха.
Кто-то устроился ко мне в охрану, отключил все камеры и похитил Соню. Он импровизировал, не тушевался и работал четко. Настоящий профессионал, скорее всего бывший спецназовец, воевавший, потому что не волновался. Делал все под носом у всех.
- Мы найдём ее, шеф. – говорит виновато Петр.
Сейчас ночь, женщины в моем доме спят, а значит у меня есть время до утра, чтобы не объяснять им, почему в доме нет Сони. Потом будет необходимо что-то придумать, объяснить, где она.
Дисплей телефона загорается. Незнакомый номер направил мне сообщение в Telegram. Я все понял, еще не открыв его.