Батарейцы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

По теплым ноткам в голосе нетрудно было догадаться, что Вано Милхазович обрадовался гостям. Он охотно ознакомил воинов с процессом работы, поведал о том, что в сорок первом собрался было уходить на пенсию. Шестьдесят пять стукнуло, да и здоровьишко начало сдавать: сказалась царская каторга. А тут война. Остался на заводе.

— Проводил на фронт сыновей, — рассказывал Вано Милхазович. — Старуха моя умерла. Перешел жить в цех. С разрешения директора поставили мне в подсобке топчан. Прикорну пару часов, и опять за дело. План выполняю на двести процентов, готовлю подростков к самостоятельной работе. Жду Победы!

Победа! Это дорогое для каждого слово артиллеристам довелось на заводе слышать много раз. О ней говорили на митинге-встрече с передовиками производства. Во имя Победы люди недоедали, недосыпали, сутками не покидали рабочих мест. Вот оно, единство фронта и тыла, та сила, которую врагу не одолеть. До этого Васнецов не задумывался о таком единении. Да и некогда было размышлять. То отходили, то отбивались от наседавшего врага. И только теперь по-особому почувствовал его, сердцем и разумом воспринял.

Вскоре стало поступать пополнение. Прибывали в основном ребята из закавказских республик: грузины, армяне, азербайджанцы — вчерашние школьники, студенты, рабочие, колхозники. Народ молодой, грамотный, жаждущей схватки с врагом. Воинское становление, не в пример мирному времени, шло быстро. Спустя десяток дней новички уже выполняли свои обязанности. Воспитанию молодежи во многом способствовали фронтовики. Рассказы о поединках с врагом, в которых на первое место ставились не только храбрость, но и умение, помогали новичкам делать выводы о том, что без хорошего владения оружием об успехе в бою нечего мечтать.

Как-то поздним вечером Васнецов увидел такую картину: сбившись в кружок, красноармейцы с интересом слушают туляка Николая Полякова.

— Остались мы вдвоем, а танк прет на огневую, — рассказывает тот. — По спине мурашки. Еще пару минут — и раздавит он нас с орудием. Кусаю в кровь губы, а сам шепчу: «Нет, шалишь, фриц, рано нам по ту сторону земли». Открыл затвор, заряжающей дослал в казенник снаряд. Работаю механизмами наводки, пот глаза застилает, а заряжающей торопит: «Быстрее, быстрее — сомнет гад». Под ногами уже земля ходуном ходит. «Пошел ты!..» — выплескиваю злость и нажимаю на спуск. Орудие отскакивает назад. Падая, успеваю заметить, как снаряд рванул фашистский танк.

Герой Советского Союза В. А. Левонян.

Невысокий черноглазый паренек проводит рукой по стриженной под нулевку голове:

— Как это рванул, товарищ сержант?

— А вот так. Снаряд угодил, Левонян, в боезапас. Своротило башню танка.

— За это вас и наградили орденом?

— Не только. Пять часов кряду мы держали оборону. Вышли снаряды — стали отбиваться гранатами. Я тогда павшего в бою командира взвода заменил. Отошли только по приказу.

Левонян — любознательный паренек. В чем не разберется, спрашивает, пока не уяснит. Да и не только он. Все новички из последнего пополнения — занимаются с энтузиазмом. Обступят орудие, а в глазах такой интерес, что забывают о перерывах.

Из госпиталей приходили в полк опытные воины. Обстрелянных, тем более знающих специальности назначали на командирские должности.

В начале ноября 1942 года полк получил новую материальную часть. Пушки и бронированные тягачи по своим тактико-техническим данным значительно превосходили имевшиеся технику и вооружение.

— Ничего не скажешь, хороша! — окидывая оценивающим взглядом пушку, произнес Чигрин. — Вес меньше, скорострельность выше, бронепробиваемость больше! — Григорий Матвеевич задержал взгляд на тягаче. — А его разве сравнишь с трактором? Не сравнишь! Игрушка!

О такой технике артиллеристы мечтали, особенно когда стало известно о принятии ее на вооружение. Командующий артиллерией после боев за Новороссийск обещал заменить материальную часть на новую. И вот теперь мечта сбылась. Радость до краев переполняла сердца. Несколько дней только и разговоров было, что о новой технике. Первое время не хватало учебных пособий. В основу обучения легли практические занятия на материальной части. Приходилось проводить дополнительные тренировки, уплотнять и без того напряженные занятия.

Все, от красноармейцев до командира полка, знали, что в любое время могут потребоваться на фронте: обстановка там по-прежнему была трудной.

Люди уставали, особенно выматывались недавно влившиеся в полк красноармейцы. Вечерами они в изнеможении валились с ног. Однако никто не жаловался на трудности. Номера расчетов Василий Аветисян, Мурад Мирзоян, Петр Кевлишвили овладели не только своими специальностями, но и смежными.

Для определения готовности к выполнению задач выехали на полигон, где в условиях, приближенных к боевым, состоялись итоговые занятия по сколачиванию расчетов, взводов, батарей. На фоне тактической обстановки провели стрельбы. Результаты превзошли ожидания. Многие батареи получили хорошие оценки, но Чигрина — на балл выше. На подведении итогов командир полка объявил его подразделению благодарность.

530-й полк усиленно готовился к выезду на фронт. Задачи решали с учетом горного рельефа местности. Занимались, как любил говорить Чигрин, стахановским методом. Комбат был весел, доволен. На то были причины: на последнем совещании в штабе полка батарею вновь отметили за хорошую организацию учебного процесса.

Командир батареи — человек открытого характера. Радовался вместе со всеми успехам, огорчался неудачам. Темпераментный, подвижный, Григорий Матвеевич всецело был поглощен подготовкой людей и техники к предстоящим боям, не терпел проволочек.

— Люди должны быть заняты, — любил говорить он командирам. — Учиться, учиться и учиться — вот первейшая задача.

Григорий Матвеевич оставался верен своим словам. Даже в свободное от занятий время он находил дело. То организовывал выступления лучших специалистов, которые тут же обменивались опытом, то устраивал тренировки. В один из выходных дней провел соревнования между расчетами по знанию материальной части орудия и боевой работе.

— Молодцы! — похвалил за инициативу заглянувший к чигринцам подполковник Воеводский. — Нужно во всех батареях провести такие соревнования, ну а потом — на первенство полка.

В хлопотах Васнецов не заметил, как деревья обронили багряную листву, а с остроглавых вершин снег скатился к подошвам гор. Чаще стали наползать тучи, моросить холодные дожди. Осень уступала место зиме.

Дела во взводе Васнецова шли успешно. Младшего лейтенанта радовала сколоченность орудийных расчетов, хорошая подготовка связистов, разведчиков, водителей тягачей. Новички быстро вошли в коллектив, стали неплохими специалистами. Особенно нравилось командиру взвода их желание совершенствовать знания и навыки, стремление до тонкостей изучить свои специальности.

Все больше Васнецов узнавал людей в полку. В один из дней открыл для себя агитатора части майора Николая Васильевича Сычева. Пожилой, на первый взгляд простоватый да и не особенно речистый. Таким Васнецов встретил его под Новороссийском. Но, выступая перед воинами, майор преображался: взгляд светился огнем, голос звенел. Слова агитатора доходили до самого сердца. Сычев умел верно выбрать тему разговора. Как-то бойцы слушали рассказ Николая Васильевича о зверствах фашистов в Сталинграде. Казалось, кровь закипает в жилах — так напряженны были лица людей.

— «В захваченных кварталах, — читал агитатор выдержку из газеты «Красная звезда», — гитлеровцы чинят расправу над теми немногими жителями Сталинграда, которые не успели эвакуироваться. Вешают отказывающихся работать — строить баррикады в городском саду для оккупантов. Они расстреляли двух девушек за «недоброжелательное отношение к германской армии». Трупы расстрелянных лежат прямо на улице. «За каждого убитого солдата будут расстреляны сорок русских, за каждого убитого немецкого офицера — семьдесят русских» — гласят расклеенные фашистским командованием приказы». Какая жестокость! — звенел голос майора. — Вдумайтесь в это, товарищу! Варвары двадцатого века! — Политработник обвел взглядом слушателей, помолчал и, немного успокоившись, продолжил: — В начале ноября, товарищу, опубликован Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об образовании Чрезвычайной Государственной Комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников и причиненного ими ущерба гражданам, колхозам, общественным организациям, государственным предприятиям и учреждениям на территории СССР». В звериной злобе фашистские изверги не щадят наших с вами отцов, матерей, жен, детей, братьев, сестер, уничтожают или увозят в Германию народное достояние. За все это они ответят сполна. Мы с вами должны отомстить им за содеянное, в предстоящих боях не щадить врага.