Скоро Пётр и Павел оказались в соседних камерах тюрьмы. Павел ходил из угла в угол и возмущался:
– За что нас посадили за решётку?! Что мы сделали незаконного?! Мы всего лишь рассказывали свою точку зрения на этот мир! На это имеет право каждый!
Пётр сидел, спрятав голову в руки, и шепча:
– Бог со мной, будь, что будет, но ты! Ты должен жить! И я, кажется, знаю, как это сделать…
Павел продолжал возмущаться, Пётр вдруг вскочил и сказал:
– Прекрати возмущаться, Павел! Ты скоро будешь на свободе!
– А… ты? – округлил раскосые глаза Павел.
На следующее утро Павел проснулся от того, что в соседней камере шёл разговор. Павел прислушался и расслышал, как Пётр уговаривал кого-то:
– Но ты же – первосвященник, судья, у тебя есть деньги! Он был твоим учеником, у тебя должна остаться хоть капля жалости к нему! Выкупи его, пожалуйста…
– С чего это я должен помогать христианину? – ответил кто-то надменным тоном, и Павел сразу понял, что голос принадлежит Каифе.
– А если он отречётся от Христа? Ты выкупишь его? – спросил Пётр Каифу.
– Ну, в таком случае, у меня, кажется, есть лишние деньги… – злорадствовал Каифа.
– Ну, тогда просуньте деньги Павлу, его камера справа от моей…
Каифа уже подошёл к камере Павла, но юноша встал в полный рост (Каифа даже не ожидал, что Павел так вырос), просунул руку сквозь решётку, сильно толкнул Каифу и возмутился до глубины души:
– Да я, чтобы отрёкся от Христа ради жизни?! Да никогда!!! Слышите, никогда такому не бывать!!! Я уже давно простился со своей гордостью и готов, как верный пёс, идти за Христом!!! Заберите обратно свои деньги, а я уйду, как полагается христианину!!!
Каифа забрал деньги обратно, Павел сначала раскраснелся, потом побледнел, успокоился и сел на солому.
– Что ж, Павел, это был твой последний шанс, ты его упустил, мы с тобой в расчёте! – злорадно сказал Каифа.
– Не знаю, какие претензии у вас, Каифа, ко мне, я вас ни в чём не обвинял и не обвиняю… – тихо ответил Павел.
Стало так тихо, что было слышно, как шагает по коридорам Каифа.
– Ты на меня сердишься, Пётр? – после долгой паузы шёпотом спросил Павел.
Пётр посмотрел сквозь решётку на Павла влажным взглядом и торжественным шёпотом изрёк:
– Я горжусь тобой, Павел, это был ответ достойный апостола…
… Вдруг появились легионеры, старший из них подошёл к апостолам:
– Ну, всё, держитесь, сейчас будет суд!
Камеры открыли и Петра и Павла повели по длинному тёмному коридору. Павел взял за руку Петра, Пётр почувствовал, как дрожит рука юноши. И вдруг их ослепил свет: открыли дверь на арену.
– Павел, ещё не поздно… – начал Пётр, пытаясь уговорить Павла отречься от Христа, но Павел его прервал:
– Я справлюсь, я же христианин…
Пётр и Павел взялись за руки, стиснули зубы и вышли на арену. Почему-то в этот тяжёлый момент Павел вспомнил слова Стефана. Кажется, он начинал понимать их смысл…
… Судья долго зачитывал приговор и в конце добавил:
– Оправдать обоих, если они отрекутся от Христа. Ваше слово…