– Что ж, Пётр не делает глупостей, раз он принял тебя, значит, ты достоин этого… – сказал один из апостолов.
– А вас зовут Пётр? – обратился Павел к седому старику.
– Да, Павел, я буду всему тебя учить, пойдём за мной… – ответил апостол Пётр.
Пётр привёл Павла к месту, где росли росточек и огромное персиковое дерево.
– Посмотри, Павел, на росток. Это просто маленький росточек, но если его правильно растить, он может вырасти и дать плоды, как персиковое дерево, что рядом. Так и ты: я тебя буду учить, а твои проповеди станут плодами этого учения… – сказал Пётр и улыбнулся.
С этого дня Павел узнал многое: что Бог един во святой Троице, как жил и о чём проповедовал Иисус, что главные заветы его: «Люби господа своего и ближнего, как самого себя».
– Иисус был удивительный человек, – рассказывал Павлу Пётр, – Он умел прощать, даже врагов, он мог найти слова, которые пробудят покаяние в душе последнего грешника, никогда не сказал и не сделал ничего необдуманного. Все говорят, что Он мог творить чудеса, а считаю, что Он сам – чудо…
Так за два года Павел усвоил все уроки Петра. Днём Павел учился быть апостолом, вечером выполнял свои обязанности, как часть христианской общины: делал палатки. И вот настал этот день, когда Пётр и Павел должны были отправиться на проповедь в Иерусалим. Этот день был необычный: бывшему Савлу, нынешнему Павлу исполнялось двадцать лет. Павел совсем забыл об этой дате, а вот Пётр – нет: он испёк пирог с ягодами и позвал всех апостолов. Павел сидел во главе стола, красивый, хоть и просто одетый, главу его украшал веночек из цветов, а лик – сияющая улыбка. Павел выслушивал поздравления и поправлял длинные тёмно-русые волосы: никогда он не был так счастлив.
Пётр прослезился взял Павла за руку и сказал:
– Мой мальчик, ты стал взрослым, теперь ты понимаешь что счастье не в злате и знатности, а…
– … В вере, служении Господу, мире в душе и благополучии ближних… – дополнил Павел.
– Всего этого я тебе и желаю, Павел! – с улыбкой дополнил Пётр.
А вечером они попрощались с другими апостолами, и все апостолы разделились по двое и разошлись в разные точки мира.
Пётр и Павел двигались в сторону Иерусалима, была тёмна ночь, а идти надо было по выступу в горе. Вдруг Пётр почувствовал, что падает, паника охватила его, он закричал…
– … Не бойся! Я держу тебя! – послышался голос Павла.
Пётр ухватился за друга, и Павел, делая тяжело шаг за шагом, постанывая и кряхтя, вытащил Петра.
– Спасибо… – сказал тихо Пётр, ему было как-то неудобно.
– Не за что, христиане должны друг другу помогать… – без тени гордости ответил Павел.
Под утро Пётр и Павел пришли в Иерусалим. Посмотреть на гостей собрались все жители города. Первым выступал Пётр, и речи его были мудры, но вот Пётр сказал:
– А теперь вам о нашей вере расскажет Павел, который стал христианином два года назад!
Несмотря на дрожь в руках и голосе, Павел вышел вперёд и прочитал с листа послание к жителям Иерусалима и всем иудеям, где рассказывал о том, как пришёл к вере, и разъяснял именно те места православного учения, которые были непонятны именно жителям Израиля. Речь его была и мудра, и проста, как всё гениальное, одновременно. В конце он дал наставления от лица всех апостолов и прикрепил лист, с которого читал, на столб, сказав:
– Пусть это послание вдохновляет тех, кто захочет принять крещение!
Все были в восторге, желающих креститься было море, нет! Целый океан! Пётр не успевал проводить таинство крещение. Пётр улыбался и искренне радовался за друга, казалось солнце светило ярче.
– Ах, Пётр! Я такой счастливый! – обнял друга Павел.
– Поздравляю, мой мальчик! Ты сделал сегодня столько хорошего! Ты справился! Ты – молодец, умница, хотя было видно, что ты волнуешся… – сказал, пожав руку Павлу Пётр.
Вдруг Пётр увидел в толпе Каифу с его слугами (а Петр, будучи учеником Христа, помнил Каифу, как врага Христа и христиан), лицо его вытянулось…
– А теперь что? – спросил наивно Павел.
– Делаем ноги, и как можно скорее! – закричал Пётр, схватил Павла за руку и помчался с такой скоростью, что Павел еле успевал за старшим другом.
Пётр и Павел заскочили в дом одного христианина, спрятались за штору, и только тогда Павел шёпотом спросил:
– А от кого мы прячемся?