Искоса посмотрев на меня и, будто прочитав мои мысли, кот устало выдохнул. Кажется, подобные томные вздохи были частью его постоянного поведения.
— Для всех авторов, проходящих целые серии миров, предусмотрены награды по их завершению. В зависимости от того, насколько хорошо ты проходишь мир, твоя награда может становиться лучше или хуже из раза в раз.
— То есть самая высокая оценка это «A», а самая низкая «D»?
— «Е», если быть точнее.
— И что я сделал не так?
Приблизившись к стоявшему рядом чайному столику, я быстро положил на него зеркало. Взгляд неохотно и даже как-то не сразу оторвался от отражающей поверхности, будто все еще ожидая появления призраков.
— Поддался эмоциям, — отвечал кот, — и умирал до бесконечности — это раз.
— Это была стратегия.
— Не мне это будешь объяснять.
Невольно губы сомкнулись в плотную линию, то ли выдавая злость, то ли заставляя замолчать. Отведя взгляд в сторону, я попытался вспомнить свое начало прохождения этого мира и, да, у меня были депрессивные моменты.
— Не спас главного героя, — продолжал наблюдатель, — два.
— Да ему призраком лучше быть.
Кот, явно проигнорировав мой ответ, строгим тоном продолжил:
— Не спас тело героя, в которого вселился — три.
И вот здесь я уже ничего не смог ответить. Если я находился сейчас в этом мире, это значило, что настоящий Ноберт Гастон, в тело которого я вселился, так и умер в парке от выстрела одной психованной барышни. Будто заметив мою неуверенную реакцию, кот снова заговорил:
— Твоя задача спасти мир — это условие для выхода. А условие для получения высокой оценки — довести мир до идеала. Чем выше уровень, тем лучше награда.
— И где моя награда?
— В другом зале. — Кот, отведя взгляд куда-то в сторону, за мою спину, выпрямился. — Мы пройдем в него через пару минут.
Я, ничего не понимая, оглянулся, и лишь сейчас увидел на стенах, прямо возле двери, несколько светящихся изображений. Словно проектор, направлявший свои лучи на ровную белую поверхность, эти изображения показывали фрагменты событий, происходивших в других мирах.
Я смотрел на это, с замиранием сердца. Казалось, будто все это было лишь эпизодами из кино, однако я признавал лица, участвующие в главных ролях.
— Я вернулся один?
— Да. — Кот, искоса посмотрев на меня, сощурился. — Те двое, что отправлялись после тебя, еще даже не близки к завершению.
Напряженно наблюдая за происходящим в других мирах, я видел, как тяжело приходилось авторам, которые прибыли в это место вместе со мной. Та симпатичная молодая девушка, оказавшаяся в разрушительном мире яоя, и тот доброжелательный пожилой человек, оказавшийся в мире фэнтези с нашествием инопланетян — каким образом они вообще могли выбраться из этих историй?
— Что-то подсказывает мне, — печальным тоном продолжал кот, — что они вряд ли справятся со своей работой.
— Почему они выглядят так же, как и в реальной жизни?
— Это мы их так видим отсюда. Нам видны души, а души не меняются не зависимо от оболочки.
— То есть… — обернувшись к наблюдателю, я замер. — Каждый раз, когда мы попадаем в свои миры, мы вселяемся в тела героев?
— Обычно, — кот кивнул, — да, но бывают сбои в системе, когда ваша душа приобретает свою оболочку. В таком случае вы не вселяетесь ни в кого, а остаетесь собой. Но, как я сказал, это исключение из правил. Ошибка системы.
Я снова оглянулся к монитору. Постепенно в голове все же стало появляться осознание происходящего, и я уже даже мог представить то, как выглядел сам из этого зала ожидания, однако все же многие вопросы еще не были решены.
Заметив на одном из экранов, рухнувшую фигуру, я понял, что девушка-автор, без сил свалилась на пол. Она не была ранена и место, в котором она находилось, казалось безопасным, однако все же она не шевелилась. Своими бездонными отчаянными глазами она смотрела в пустую точку и, как казалось, просто ждала своего часа очередной гибели. Я тоже был таким? Также выглядел?