— Я требую объяснений! — отчеканила я. — С какой стати вы прислали ко мне спать Феликса? Я сдаю вам одну комнату, а не комнату и свой диван! Надо было сразу подумать о том, как вы будете здесь размещаться.
— Я подумал, что вам одиноко, и вы по нему скучаете, — невинно ответил Максимилиан. — Позвольте напомнить, что когда вы явились в мой дом, то сказали, что вы — любовники. А я знаю, что Феликс, хоть и рассеян, но умеет доставить женщине…
— Я сдаю вам комнату! — заорала я.
— Одно другому не мешает, — пожал плечами он и почесал голову, от чего рога растворились в воздухе.
— Не смейте больше так поступать! Мы с Феликсом не любовники. Я считаю крайне неприличным спать с незнакомым мужчиной в одной постели.
— Хорошо, Мария Александровна.
Я смерила его презрительным, как мне показалось, взглядом.
— Кстати, — улыбнулся он. — Вы знаете, что только что сделали мне крайне непристойное предложение?
— Когда?
— Когда будили. У нас женщина тянет руки к рогам мужчины, только если…
— Со своим монастырем в чужой устав не ездят! — отрезала я и удалилась, гордая собой.
— Мария Александровна, вы хоть поняли, что сказали? — вздохнул Максимилиан у меня за спиной.
«Что ему не понравилось? — призадумалась я. — А, наверное, поговорки такой не знает…»
Но Феликса на всякий случай толкнула в плечо — еще не хватало, чтоб он рассеянно завалил меня в койку, а минут через пятнадцать вежливо спросил: «Простите… А как вас зовут?»
Мне всегда казалось, что мужчина должен запоминать имена своих любовниц. Если только он не пьян в доску. Впрочем, наблюдая, как Феликс одевается, я подумала, что надо было все-таки дергать за рог. Такой экземпляр бесхозно пропадает! Ну, сообщала бы ему почаще, что я — Маша. Можно бейдж на халате носить, в конце концов.
В дверь коротко стукнули. В комнату заглянул Максимилиан.
— Готов? — спросил он у Феликса. — Там чпок вылетел.
— Сейчас? — подпрыгнул тот.
— Пока мы спали, — недовольно ответил Максимилиан. — Я встал, смотрю, а он на полу валяется.
— Надо по округе прогуляться, — наморщил лоб Феликс. — Если произошел выброс, то диаметр может быть до двух километров.
Видимо, мое лицо как-то нехорошо изменилось. Максимилиан предостерегающе кашлянул, Феликс схватил водолазку. Они понеслись в мамину комнату, тихо переговариваясь на своем лязгающем языке.
— Если это радиация… — завопила я.
— Нет-нет, — обернулся Максимилиан. — Никакой радиации. Никаких химических отходов. Чисто семейное дело. Брат пытается вернуть фамильную реликвию. Не волнуйтесь, Мария Александровна!
Я ему не поверила и побежала следом. На полу валялось что-то, отдаленно напоминающее пробку от шампанского. Феликс покрутил ее в руках, пощелкал ногтем. Приткнул в дырку каюка и повернулся ко мне:
— Вы не подскажете, насколько карта города в смартфоне соответствует действительности?
— Довольно приблизительно, — ответила я. — А куда вы собрались, собственно?
— Феликса интересует этот район, — вступил Максимилиан. — Нам надо обойти окрестности и проверить, не лежит ли где-то наша вещь. Хотя вероятность спонтанного перехода очень мала, мы все равно обязаны отработать эту версию.
— Я пойду с вами, — неожиданно для себя заявила я. — Район знаю, как свои пять пальцев, мы тут по детству все проходные дворы облазили. Если что — помогу советом.
Максимилиан пристально посмотрел на меня, затем на Феликса и вежливо наклонил голову:
— Вы нас чрезвычайно обяжете, Мария Александровна!