– Ещë и тебя прислали? А почему в форме? Прëшься от ролевиков? – вяло спросил парень, подняв на полицейского мутный взгляд.
Дубощит поспешно перерезал верëвки и парень со стоном рухнул на колени, растирая затëкшие запястья.
– Что? Ты не понял. Ваше заведение взято полицейским штурмом, все сотрудники будут задержаны. Все, кроме посетителей.
– Ясно, – равнодушно ответил парень, осматривая тело и морщась от ожогов.
– Ты понимаешь меня? Если ты скажешь, что ты работаешь тут, то тебя заберут в отделение. А если скажешь, что посетитель — тебя отпустят. Понимаешь?
– Угу. Понимаю.
– Так чего ты ждёшь? Одевайся и уходи. Я тебя спас от этого урода, – Дубощит кивнул в сторону потерявшего сознание толстяка.
– Заебись. Теперь ты наверняка попадëшь за это в рай, герой, – издевательски скривил губы мальчишка. Он на глазах приобретал наглость и строптивость. За это его и ценили.
Торин удивлëнно моргнул. Обычно в подобных случаях девочки и мальчики старались поскорее улизнуть, не забыв прихватить заработанные денежки, чтобы не связываться с копами. А этот сидел на полу, словно привязанный.
– Так. Я понял. Шок. Где твоя одежда? Одевайся, – отвернувшись, Торин выдернул музыкальный центр из розетки и ботинком наступил на тлеющий окурок, выпавший из руки урода.
Вот что-что, а оделся парень молниеносно, застегнув все три пуговицы рубашки-поло до самого горла, будто старался максимально прикрыть тело от посторонних. От ядовито-зелëного цвета рубашки почти слезились глаза, а напечатанный на груди рисунок пакета с молоком и вовсе делал еë нелепой.
– А теперь иди. Тихо и быстро. И вообще, беги из этого дерьма, мальчик, – Торин устало вздохнул, явно имея ввиду нечто большее, чем этот номер. Отчего-то ему стало очень жаль изнурëнного паренька. А сколько их таких, добровольно и не очень, занимающихся проституцией.
– А не пойти бы тебе, герой, на хрен? Спас он меня… – бросив на замершего полицейского презрительный взгляд серых глаз, мальчик неспеша развернулся и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.
🐥🐥🐥
К счастью, работа на сегодня почти закончена. Торин отдал дань бюрократии, переоделся в обычную одежду и направился на выход. Он предвкушал тихий вечер перед телевизором с хорошо прожаренным куском мяса и бутылкой холодного пива. Приземлëнный, но такой понятный отдых.
Он направился в приёмную, чтобы отдать оформленные документы, и механически мазнул взглядом по стеклу, за которым в ожидании томились сегодняшние задержанные. Торин остановился, заметив в углу знакомую нелепую салатовую майку.
Остальные «массажисты» вели себя свободно, переговариваясь и по привычке поправляя одежду и макияж. А этот цыплёнок сидел, нахохлившись, в самом углу, скрестив руки и поджав под скамейку ноги. Взгляд мальчишки угрюмый и настолько тоскливый, словно в будущем не было абсолютно ничего хорошего. Впрочем, вероятнее всего, так оно и было.
Дубощит рассматривал мальчишку не выходя в поле его зрения. Не тощий, как показалось Дубощиту вначале, а стройный. Хрупкие запястья, наверное, можно было переломить двумя пальцами. И лодыжки, торчащие из кроссовок не лучше — как у ребëнка. Про таких говорят — тонкий и звонкий. Светлые волосы, не кудрявые, но вьются локонами. Нежное лицо кривилось плотно сжатыми губами. Серые глаза тлели пепелищем, готовые в любой момент полыхнуть злобой. Как его назвал урод из притона? Биндо? Бальдо? Необычное имя.
Торин продолжил свой путь, про себя удивляясь, как мальчишка оказался тут, ведь Дубощит нарушил инструкцию и отпустил его.
По хорошему, нужно было вернуться на проходную, после того, как сдал документы, и отправится домой. Но он снова очутился у разделëнного на мужскую и женскую части отбойника.
Было в мальчишке что-то, что заставляло Торина задерживать на нëм взгляд. Наверное, кислотная футболка так привлекала внимание.
Торин подошëл к дежурному. Белобрысый, похожий на крысу, Джек не нравился Дубощиту, но он хотел просто задать вопрос, а не идти с ним в разведку.
– Джек, привет! Как дела? Слушай, в отбойнике задержанные за проституцию. Не знаешь, когда их отпустят? Или что там вообще будет?
– А тебе-то что? – подозрительно прищурился дежурный.
– Да просто. Интересно. Там паренëк один есть, кажется, он никакого отношения не имеет. Может, случайно попал?
– Это который? – заинтересовался Джек, подавшись вперëд крысиным носиком, и даже, кажется, принюхался.
– Вон в углу жмется. В зелëной майке.
– А-а… ну не знаю. По-моему, очень даже похож на шлюшку. Я, например, запросто могу представить, как он… – Джек масляно заблестел глазами, пожирая взглядом ссутулившуюся фигурку, но его перебили.
– Эй! Это просто задержанный парень. Причем, возможно, ошибочно. Оставь свои фантазии при себе!
– Пф-ф! Какие мы нежные, – фыркнул дежурный, – ну, в общем, отпустят всех скоро. Пару человек допрашивают, остальных скоро пнут. Чего им наш воздух портить, правда? – Джек мелко захихикал, как банку с монетками потряс.